– Грандиозное зрелище, – прошептала Лидия Ивановна. Она никогда не видела объятое пожаром здание. Кемпинг превратился в пылающий факел. На них шла волна жара, черные куски сажи, подхваченные ветром, швыряло в лицо.
– Всем отойти! – закричал Енусидзе. Начала обваливаться крыша.
– Нет Насти, Ирэн и Марины! – подвел итог Дима. – Неужели с ними что-то произошло!
– Где моя жена? – воскликнул Денис Куликов. – Она что, осталась в кемпинге? – Он с мукой посмотрел на пламя.
Дима произнес:
– Куликов, тебе лучше помолчать. Это ваша с Лизой вина, что произошла такая трагедия. Вы убили четырех человек и устроили пожар.
– Мы никого не убивали и ничего не поджигали, – чуть ли не плакала Лиза. – Поверьте, нам незачем это делать.
– Но тогда кто? – спросила Лидия Ивановна.
Ветер продолжал выть, как взбесившийся волк.Настя постепенно приходила в себя. В «семерке» Лизы женщины обнаружили плоскую фляжку с коньяком.
– Останемся здесь, – сказала Марина. – Буран бушует уже четвертый день. Я вижу, что он идет на убыль.
– На убыль, – проворчала Костандилли. Она не верила в это.
Так прошло несколько часов. Женщины напрасно ждали, больше они никого не увидели, никто не подошел к занесенной снегом машине.
– Они не могли все погибнуть, – убежденно говорила Марина. – Я лично видела Енусидзе, Мамыкина тоже спаслась.
Настя заплакала. На ее перемазанном сажей личике заблестели слезы.
– Когда же это закончится? – спросила она неизвестно кого.
– Скоро, – сказала Ирэн Аристарховна, однако в ее голосе не было уверенности.
