— Учитель, иногда мне становится не по себе. Я начинаю нервничать, после успокаиваюсь и прошу Вас о помощи. Помощь приходит через несколько минут. Веря в Вас, я снимаю не только с себя боль, но и со всей моей семьи. Порой этого никто не замечает, но я все делаю и прошу Вас, Вы приходите и помогаете, за что я Вам и благодарен, ибо знаю, что Спаситель живет рядом не только со мной, но и со всеми. Другие же люди просят Вас, но относятся к этому хладнокровно, и помощь остается где-то в стороне. Просящие начинают не верить. Лично я рассуждаю так: если человек просит искренне, веря во все святое, то Вы к нему придете на помощь. Вот сейчас я искренне прошу Вас, стою на коленях перед образом Вашим и молю Вас, пожалуйста, помогите нашим шахтерам, помогите во всем и сделайте так, чтобы шахтеры снова возродились, чтобы труд шахтеров был только от Бога, чтобы их семьи никогда не плакали от потери кормильца, благословите все шахты только на благополучие. Шахтеры дают нам тепло, они сравнимы с Вами, ибо Бог — тоже тепло и в этом тепле находятся и трудятся наши люди и имя у них Божье и чисто святое — шахтер.
— Александр, Я тебя понял, поймут ли тебя, хотя ты снова излил душу свою ради людей, ради Моего Творения. Я сделаю все, ибо твоя просьба должна сохранить жизнь Моему Творению. Но, учти, есть среди тех людей вредители, это как колорадский жук, который съедает все. Тем более, видя, что хозяин бессилен. Но Я держу слово: сберегу всех, но ежели кто посмеет взорвать мое обещание, то Я уничтожу, как Бог и как справедливое наказание.
— Учитель, когда-то я задал Вам вопрос, как быть с умершими, которые приходят к своим близким? Пусть надо мной смеются и считают сатаной, но я не могу сдержать своих чувств. Сейчас слышу такое: “Надя, Надюша, кошечка моя, я обещал купить Сереже новые туфли и рубашку, извини меня, не получилось. Я нахожусь уже “дома”. Знаю, как вам трудно, но я всегда любил вас, и когда мы были на Азове, я тебе это доказал, не знал я тогда, что погибну в шахте, хотя я это чувствовал. Простите меня, дорогие, я вас всех люблю. Не обижай детей. Человек, через которого я говорю, он добр, и я даю ему наш домашний номер телефона, он тебе позвонит. Ружье продай, не хочу, чтобы дети наши видели в нем смерть, хватит с вас и моей. Но учти, я рядом с вами. Надюша, Сережа, и ты дочь моя, Вика, хотя видел я тебя только несколько месяцев, целую всех вас. Александру ответь, не бросай трубку. Я вас снова целую, мне пора, не говорю прощайте, и спасибо Саше”.
— Учитель, я его видел, вижу и слышу. Для церкви он — дьявол, для меня же это человек, ибо я с ним говорил и слышал его, и он говорил со мной через Всевышнего. Учитель, можно еще мне войти в мир иной?
— Александр, только две минуты.
“Света, это я, Николай. Когда я уходил на смену, я оскорбил тебя, сейчас же я понимаю, что все было напрасно. Светик, извини, я много пил, оскорблял тебя и унижал твоих родителей, простите вы меня. Света, прошу тебя, не выходи замуж, какой бы я ни был, я же твой”.
— Учитель, я больше не могу…
— Но ты же хотел убедиться в Истине Моей. Она предстала пред тобой, только не Я убил этих прекрасных людей. Сейчас Я только доказал, что есть тот свет, где царем нахожусь Я, и не обессудь меня в этом. Но все, обещанное Мной, Я постараюсь претворить в жизнь, никто Меня до сих пор об этом не просил воочию. Я представляю, как ко всему этому отнесутся люди, тем более родственники, узнавшие своих близких. Но только через их разговор Я смог доказать, убедительно доказать, что есть и всегда будет Царствие Небесное или Небеса Обетованные.
