- Простите, шеф, что я доставляю вам неприятности, но... Вот вы говорите: не привлекать внимания. А по-моему, наоборот. Мой синий реглан примелькался в злачных местах, меня знает в лицо чуть ли не каждый бармен в Штатах - знает и поэтому не принимает в расчет. Кто такой Дик Стрикленд? Пьяница и задира, скандалист и прожигатель жизни - кому он помешает? Зато Дик Стрикленд, которого все знают, пробьется туда, куда не проникнет ни один из ваших "незаметных" агентов, пробьется и узнает все, потому что никому не придет в голову всерьез таиться от этого горластого шалопая...
- Стоп, Дик, у вас целая система, о ней мы поговорим в другой раз. А сейчас... Сейчас мы хотим использовать вас именно в той роли, которую вы сами себе выбрали - удачно или неудачно, не в этом суть... Завтра вы полетите на Марс.
- Клипер "Нерон"?
- Да. Ваше появление среди тамошней публики действительно не привлечет внимания. Но предупреждаю: никакой самодеятельности на этот раз. Вы - глаза и уши. И ничего более. Ясно?
- Так точно.
Тесман повертел фотографию, положил на стол, прихлопнул сверху ладонью. Рука была сильная и цепкая, с витыми рука рыбака или синими венами под задубевшей кожей - моряка.
- Они заодно, Смиты и Коршуны. Но как и насколько - мы пока не знаем. В записи речь идет о каком-то препарате СД, который надо добыть где-то в космосе. Операция чрезвычайно важная, если Роберт Смит рискнул самолично встретиться с Белым Ральфом. В операции должен участвовать кто-то третий. Кто?
- По-моему, это не сообщник. Смит говорит о нем весьма раздраженно.
- Я тоже так думаю. И это еще более запутывает дело.
- Они упоминали Биоцентр и доктора Солсбери.
- Биоцентром мы займемся. И всем остальным. А ваша задача - "сесть на хвост" Ральфу и его неизвестному напарнику и постараться проникнуть в Гнездо. Штука рискованная, но ведь вы сами только что говорили о своих неограниченных возможностях.
- Вы думаете, Гнездо на Марсе?
- Не исключено. Пока освоена лишь ничтожная часть поверхности Марса, в его бескрайних пустынях, под прикрытием постоянных миражей, можно спрятать целые города, и никакая аэроразведка не сможет их обнаружить. Во всяком случае, Ральф говорит, что их "встретят птички"... Как будто все сходится.
Лейтенант хотел что-то сказать, но, передумав, встал.
- Все ясно, шеф. Разрешите идти?
- Идите, Дик. Исправляйтесь. Но повторяю - никакой самодеятельности... Постойте! Что это такое?
В руках полковника сверкнул небольшой перочинный нож. Дик хитро сощурился.
- Простите, полковник, сразу видно, что вы не служили в уголовной полиции. Эту штучку мы отобрали у второго Коршуна, который был с Ральфом вчера. Он арестован "по подозрению в грабеже" и отсиживается, по-моему, с превеликой радостью - видно, быть Коршуном несладко.
- Но зачем Коршуну перочинный нож?
Вместо ответа Дик взял ножичек и подошел к стенду, стоящему у стены. Там, исполосованная лучеметами всех систем, усеянная оспяными вмятинами от пуль разных калибров, стояла броневая плита толщиной в ладонь.
Лейтенант щелкнул ножичком. Из него выскочило маленькое, длиной в мизинец, лезвие. Дик прикоснулся концом лезвия к плите и провел по металлу витиеватую линию. В его ладони остался внушительный кусок брони, отрезанный по этой линии.
- Обычная уголовная игрушка. Воровской вариант ультразвукового резака. Предназначен для краж со взломом. Режет сталь до двадцати сантиметров, бетон до полутора метров. Изъят в качестве вещественного доказательства.
Дик хотел было положить нож на стол, но полковник отвел его руку.
- Избавьте, избавьте. Здесь не полиция. Меня подобного рода вещественные доказательства не интересуют. Можете взять это себе. В качестве сувенира. Или военного трофея.
- Зачем он мне, шеф? Я пока не собираюсь грабить банки...
- Кто знает, лейтенант. Если вы и дальше будете вживаться в роль прожигателя жизни, боюсь, что для сохранения репутации вам придется заняться и этим. Ну, желаю удачи, Дик.
Глава седьмая
ПОЕДИНОК
До Луны пришлось добираться на маршрутной "Селене" - было время затишья, и таксисты отказывались гонять машину туда и обратно из-за одного пассажира. Даже обещание двойной платы не вызвало у них энтузиазма.
Восьмидесятиместный салон "Селены" был почти пуст. Высокая женщина лет сорока с двумя ребятишками, трое хмурых парней в одинаковых серо-синих тужурках, видимо, рабочие с лунных шахт, два поджарых чиновника, подчеркнуто неподкупные лица которых сразу выдавали их инспекторские полномочия, компания веселых негров, с неутихающим темпераментом что-то обсуждавших, меланхоличный индус в европейском костюме и нейлоновой чалме, сонный полицейский с серебряными нашивками лунной охраны - обычные пассажиры обычного маршрутного рейса.
- Девятый пояс. Стоянка три минуты, - объявил хрипловатый голос. Просим пройти к выходу.
