— Эх, эх… Все пропало! — еще в сознании говорил он.
Утром 5 марта 1914 года начальник попросил сварить ему бульон (примус горел в палатке все время, хотя запасы керосина истощались). Но когда бульон был готов, Седов отказался от обеда:
— Ешьте вы, а я подожду!
Пустошный и Линник взялись за ложки. В молчании они ели бульон и вдруг услышали странный, необычный хрип. В ужасе они повернулись к больному. Седов лежал, приподнявшись в спальном мешке, упершись головой в заднюю стенку палатки. Линник вскочил, бросил ложку.
— Георгий Яковлевич, что с вами? Что случилось? — закричал Линник и приподнял тело Седова.
Но Седов был уже мертв. Потрясенные случившимся, товарищи долго молча смотрели друг на друга.
Наконец они подошли к телу начальника. Линник вынул чистый платок и покрыл им искаженное лицо Седова. За стеной палатки бушевала вьюга.
— …Мы остались одни, — рассказывал Пустошный, — среди огромной пустыни, недалеко от полюса, который мы хотели покорить. Шестого марта, когда буря утихла, мы вышли из палатки. Собак и нарты занесло снегом. Мы отрыли их. Из двадцати четырех собак в живых осталось восемнадцать. Тело начальника было положено на нарты. Мы двинулись в бухту Теплиц, но, не дойдя до нее шести миль, увидели, что вход в нее заполнен открытой водой на пространстве, которого нельзя было охватить глазом. Изнемогая, мы кое-как добрались до мыса Бророк и увидели высокий скалистый берег и большой глетчер, спадающий в воду. В пятидесяти саженях от глетчерной морены мы похоронили тело нашего начальника. Мы опустили его между двумя валунами, прикрыли сверху плоскими каменными плитами и заполнили пустоты мелкими камнями.
Георгий Седов лежит в каменной могиле и рядом с ним — шелковое знамя…
…История гибели и поисков спутников великого Амундсена мало известна широкому читателю. Полярный исследователь Красинский, доставивший письмо Амундсена, ошибался, говоря, что тело Тессема было найдено на острове Диксон вместе с письмом.
В 1919 году, когда корабль Амундсена «Мод» шел на восток вокруг Таймыра, с его борта на сушу вблизи мыса Вильде сошли норвежцы Петер Тессем и Пауль Кнутсен. Роальд Амундсен поручил им доставить на Диксон письмо для передачи его по телеграфу в Христианию.
После высадки оба норвежца пропели бесследно.
В 1920 году норвежское правительство обратилось в Наркоминдел с просьбой организовать советскую экспедицию для поисков погибших. Норвегия в помощь советской экспедиции давала своих людей со шхуны «Хаймен».
Экспедиция была организована, причем возглавил ее старый самобытный исследователь полярных стран, бывший боцман шхуны «Заря» Никифор Алексеевич Бегичев.
Он участвовал в экспедициях барона Толя и молодого лейтенанта А. Колчака, знал окраины полярной Сибири и пользовался громадным уважением среди местного населения.
Бегичев жил в устье Енисея, в Дудинке, занимаясь охотой. Его имя было хорошо известно не только русским, но и иностранным мореплавателям и исследователям.
Экспедиция Бегичева состояла из пяти человек: боцман взял с собой испытанного товарища по охоте Егора Кузнецова и трех местных жителей.
Бегичев решил объехать на оленях океанское побережье от мыса Вильде до устья Пясины, потому что высаженные Амундсеном отважные скандинавы должны были избрать путь на Диксон только по этому глухому участку берега моря.
4 июля 1921 года Бегичев прибыл на Диксон и уже через четыре дня двинулся дальше, захватив с собою прибывших со шхуной «Хаймен» норвежцев Якобсона и Карлсена.
На мысе Вильде, вблизи столба, поставленного когда-то Отто Свердрупом, Бегичев нашел консервную банку, в которую была вложена записка:
…Два человека экспедиции, путешествующие с собаками и санями, прибыли сюда 10 ноября 1919 года. Мы нашли склад провизии, сложенной на этом месте, в очень разоренном состоянии. Особенно хлеб был сырой и испорчен соленой водой. Очевидно, высокая вода моря омывала этот пункт. Мы пододвинули склад припасов дальше на берег, приблизительно на 25 ярдов, и пополнили наш запас провизией из складов, находящихся здесь. Мы находимся в хороших условиях и собираемся уходить в порт Диксон.
Содержание записки ободрило Бегичева, и он решил ускорить поиски, разделив экспедицию на две партии. 20 августа 1921 года он отделился от своих товарищей и один пошел к бухте Глубокой.
