Третьи считают, что от обычных вещей и явлений мы уже не способны испытывать каких-либо эмоций, потому что сознание рассыпано на осколки… Как в сказке Андерсена «Снежная королева», где злой тролль смастерил зеркало, в котором все доброе и прекрасное уменьшалось, а все плохое и безобразное увеличивалось, затем он случайно разбил его, и оно разлетелось на тысячи маленьких осколков. И люди перестали видеть мир целостным, они стали его видеть каждый в маленьком осколке и уже не могли испытывать радость от жизни. Осколки не давали общей картины, не показывали красоты мира.
То есть когда нет целостного «круглого» восприятия жизни, движущихся в магическом круге предметов и явлений, то какими благами тебя ни осыпай, ты, словно мальчик Кай из сказки «Снежная королева», остаешься спокоен и холоден. Сердце с вонзившимся в него осколочком, как перерезанный провод, по которому перестает течь ток, это образ осколочного мышления, оставляющего сердце холодным… Когда сознание фрагментарное, сердце – как кусок льда…
Потомок американских индейцев Денис Линн в своей книге «Исцеляющее колесо» пишет, что таким колесом его предки называли Священный круг Жизни, понимание цикличной природы жизни. Исцеляющим, потому ощущение Священного круга жизни – это единение с природой, а утрата его означала дисгармонию и болезни. Лекарство в их понимании – это призыв видимых и невидимых потоков энергии, восстановление гармонии с природой.
Колесо Сансары
Исцеляющее Колесо – это магический круг, заключающий в себе всю жизнь. Древние знали об этом магическом круге, уважали то, что за ним стояло, и символически вписывали в него все сферы своей жизни.
Жизнь – это круг или спираль вращения
Большая часть их жилищ была в форме круга. Круг всегда играл центральную роль в их церемониях и ритуалах. Они собирались на совет и садились кругом, чтобы мысль, усиливаясь, шла по кругу и собиралась в центре. Музыка исполнялась на круглых барабанах. В кругу и по кругу танцевали все танцы.
Круг как символ целостного восприятия проходит сквозь все мировые культуры, в том числе и через нашу, русскую. Художник Андрей Рублев был монахом. У него было целостное восприятие. Поэтому он с такой любовью, с таким удовольствием написал «Троицу».
Простая трапеза, а какое чудо… Он увидел предметы во время трапезы в единой взаимосвязи, как бы в круге жизни, и изобразил этот круг, когда и предметы как бы движутся по кругу, и люди за столом составляют собой этот самый круг… Феофан Грек, по сравнению с Андреем был книжником, имел вроде бы более широкий кругозор, много путешествовал, больше видел, а сознание его было фрагментарным… он не видел целостной красоты. Потому и не верил в добро. Мучился, не мог испытывать радости от красоты. Мог только устрашать – все его лики напоминают о Страшном Суде…
И здесь, на картине Юрия Сергеева «Круг жизни», тоже символически изображен круг в самых разных проявлениях.
Миллионы людей видят грачей… и не умеют этому радоваться. А монахини научились. Грачи их радуют как вестники осени, как напоминание о том, что сделано в жизни и что не сделано, как вестники жизни, идущей по кругу… как напоминание, что ничего не кончается, что все повторится.
А раз так, то смерти вообще нет, а есть жизнь…
Вот он, этот круг, и в человеческой жизни: тут и совсем юная девочка, и девушка постарше, и зрелая женщина, а там, на заднем плане, уже совсем древняя старушка…
«Возраст человека – это его мышление», как говорит французский писатель Андре Вюрмсер (1899–1983), автор целого цикла романов «Человек приходит в мир».
А с другой стороны, может быть, с появлением суетного человечества и птицы стали суетиться? И вот прилетают теперь в монастырь, чтобы тоже притормозить скорость жизни в себе, чтобы все привычные ценности в голове встали на свои места, чтобы обрести ощущение круга жизни…
Странно мы устроены. Когда нам говорят, что золото – это абсолютная ценность, мы верим, ценим золото. Когда нам говорят о том, что и в каком количестве полезно для нашего здоровья, мы прислушиваемся и даже записываем. Если же речь идет о вере, то есть о духовном здоровье, реакция другая: равнодушие, сомнение или даже недоверие. Видимо, духовная сфера и освоение ее большинством – это будущий этап человечества. Иначе мы бы так же естественно, как золото, принимали бы такую духовную ценность, как вера в Бога. Усваивали бы не критически, прикидывая, реально это или нет, выгодно или нет, а просто принимая как ценность, отобранную временем. И родители бы тогда учили детей относиться к вере как к золоту, только духовному, зная, что это – будущее душевное здоровье, будущий оптимизм, будущий светлый взгляд на жизнь и, в конце концов, светлая будущая жизнь.
