…Блестит над судьбами России.Литой шишак монастыря,И на кресты его косыеПродрогшая легла заря.Заря боярская, холопья,Она хранит крученый дым,Колодезную темь и хлопьяОт яростных, кремлевских зим.Прими признание простое!Я б ни за что сменить не смогТвоей руки тепло большоеНа плит могильный, холодок.Нам жизнь — любых могил дороже,И не поймем ни я, ни ты,За что же мертвецам, за что жеПриносят песни и цветы…Среди казахстанских поэтов мы видим и знакомое всем русским парижанам имя: Ирина Кнорринг.
Она умерла в Париже, во время немецкой оккупации, 23 января 1943, но стихи ее, привезенные в Россию, за нее «вернулись домой» и печатаются в некоторых советских сборниках, в том числе и в казахстанском «Дне поэзии».
Среди трех стихотворений Ирины Кнорринг помещено (недатированное) стихотворение о немецком солдате, не известное здесь, которое хочется привести полностью — оно намечает какую-то новую ноту в ее творчестве.
Под снегом холодной России,Под знойным песком пирамид…Уверенный, твердый, железный,Презревший лишенья и страх,Взлетающий в звездные бездны,Ныряющий в темных морях,Еще — победитель-удачник(«Куда только мы ни зашли!») —Немецкий мечтательный мальчикГуляет но карте земли.Он так подкупающе молод,Так бодро шагает вперед,Неся разоренье и голодПовсюду, куда ни придет.Его на бульварах ПарижаТак радует каждый пустяк:Он губы застенчиво лижет,Косясь на французский коньяк.У пестрых витрин магазиновЧасами стоит, не идет,Совсем по-ребячьи разинувСвой красный, смеющийся рот.А завтра, послушный приказу, —С винтовкой на твердом плечеПойдет — и не бросит ни разуПростого вопроса: «Зачем?»Зачем ему русские вьюги?Разрушенные города?На севере или на юге —Везде — непременно — всегда?Зачем ему гибнуть и дратьсяСреди разрушений и бед,Когда за плечами лишь двадцатьВосторгом обманутых лет?Неужто такая отрада —Недолгих побед торжество?Ведь запах смолы из ШварцвальдаУже не коснется его.И над безымянной могилойУже не поплачет никто.— Далекий, обманутый, милый…За что?***
Н. Воробьев посвятил большую поэму (160 печатных страниц) булавинскому восстанию «Кондратий Булавин».*
* Н.Н. Воробьев, «Кондратий Булавин». Издание В.В. Чарковского. Монтерей, Калифорния, США, 1965 г.
Булавинское восстание случилось на Дону в царствование Петра Великого, по поводу теснения прав казацких, требования выдачи беглых крестьян и раскольников и тому подобных нарушений «старинных обыков».
Н.Н.Воробьев в своем «Предисловии» подчеркивает, что восстание было не против «носителя верховной власти», царя православного, в чьем лице олицетворялась русская национальная идея, а против «бояр лихих», что застили трон царский».
Сине над Черкасском небо божие.Зноен и палящ июльский день.Дремлет дуб, и у его подножияАтаманский прикорнул курень.В нем судьбою-мачехою сдавленный.Словно дуб под натиском лавин.Щерит зубы белые затравленныйВолк степной — Кондратий Булавин…так начинается («Пролог») поэма, вся, до конца в тех же тонах и образах.
Интересующиеся казачьей историей прочтут эту поэму, думается, с интересом, чем и будут оправданы ее появление в свет и огромный труд, проделанный автором.
Ю. Терапиано.
P.S.
В моей статье Д.С. Мережковский («Русская Мысль», 27 ноября) в конце, в восьмой строке, вместо «Израиля» нужно читать: «Иакова».
Ю.Т.».
5.
