Вечный кролик полностью

Через пять минут Пиппа и я выехали на дорогу. Утро было прекрасным, солнечным и ясным, но мы оба чувствовали себя неуютно. Тревога не давала дышать, словно мне на грудь уселся маленький слоненок. Из сорока восьми часов, которые нам дали, уже осталось тридцать семь. Я чувствовал воодушевление от того, что мы с Пиппой решили постоять за себя, но меня не покидала мысль о том, что Маллеты выразят свое неудовольствие, причем самым неприятным и непропорциональным способом. А еще, что наше «постоять за себя», со всеми правами, данными нам как людям при рождении, скорее всего, окажется пустым звуком. Ведь мы люди. В конечном счете, с нами все будет в порядке.

– Ты поедешь в Мегакрольчатник? – спросила Пиппа, когда я рассказал ей, чем собираюсь сегодня заниматься.

– Да, начальство пытается сделать переезд настолько простым, насколько возможно.

– Для кроликов?

– Нет. Для сотрудников Крольнадзора.

Больше не было смысла что-либо скрывать. Я рассказал ей, что сегодняшняя поездка нужна, чтобы сотрудники Крольнадзора своими глазами увидели новый объект – жилые помещения, охрану, как Крольтруд будет управлять рабочей силой и производственными областями, и все такое. Она спросила меня про график, и я сказал, что все точно случится в этом году, «может быть, даже через пару месяцев».

– А кто-нибудь спросил кроликов, что они сами об этом думают? – спросила она.

Вообще-то их спрашивали, но лишь вскользь. Большой Кроличий Совет участвовал в обсуждениях, и их заверили, что «будут использованы все возможности для того, чтобы Комиссия по Переселению в первую очередь учитывала интересы всех жителей Соединенного Королевства». Что хуже, в самой Комиссии не было ни одного кролика, а Найджел Сметвик был ее председателем.

Я высадил Пиппу у колледжа, а затем отправился в офис Крольнадзора.

Поскольку мы собирались ехать в Мегакрольчатник, я не стал подниматься на свой этаж, а лишь отметился в списке, после чего мне выдали гостевой пропуск на шнурке и сказали, какое место занять в автобусе. Полчаса мы ждали в буфете, а затем к нам обратилась гуру пиара Крольнадзора Пандора Пандора.

– Доброе утро, – сказала она. Тем утром ее платье и настрой казались еще более мрачными, чем обычно, – и добро пожаловать на экскурсию в Мегакрольчатник. Вы отправляетесь в эту поездку, потому что вас отобрали для Рабочей группы по подготовке к Переселению. Считайте это вашим первым знакомством с заданием.

Другие начали перешептываться, в основном потому, что сейчас нам впервые намекнули на давно ожидаемые грядущие увольнения… и на то, кого, возможно, не сократят. Само собой, мои коллеги выглядели очень довольными. Из-за повышенной ответственности и возможных стрессов за работу над Переселением должны были платить щедрые надбавки.

– Из важного мне нужно донести до вас лишь одно, – продолжала она. – Сегодня нас будут сопровождать шестеро репортеров, и нам нужно жестко следить за тем, чтобы общественность правильно отнеслась к Мегакрольчатнику. В народе есть всякие тронувшиеся умом борцы за социальную справедливость, которые недостаточно ясно понимают сложность проекта и не могут стать частью содержательного диалога. Мои люди будут дежурить у группы репортеров, но если хоть один журналюга сбежит и что-нибудь у вас спросит – хоть слово, – ничего не говорите и отправляйте их ко мне или к члену моей команды. Скажете что-нибудь не к месту, и будете объясняться, причем не передо мной и не перед дисциплинарным советом, а лично перед Старшим Руководителем. Я все ясно сказала?

Мы все утвердительно промычали и через полчаса уже ехали в автобусе на запад. Место рядом со мной было пусто – вероятно, там должен был сидеть Тоби. Мы доехали аж до Лландриндод-Уэллс, когда я заметил, как Безухий поднялся со своего сиденья впереди и неуклюже направился в хвост автобуса. Он был одет в свой обычный серый плащ, а обрубки его ушей были прикрыты беретом. Я заметил, что на нем была наплечная кобура с самым большим из его молотков. Я отвел глаза, надеясь, что он не подойдет ко мне, но он все-таки подошел.

– Ты ведь Нокс? – спросил он. Мы находились не в офисе, и без нужного контекста его кроличьим глазам было трудно меня узнать.

– Да, – сказал я, не поднимая глаз, и он сел рядом со мной.

– Где Тоби Маллет? – спросил он.

– Уволился, – сказал я, глядя в окно.

– Думаешь, его скомпрометировали? Может, Подполье до него добралось?

– Лучше спросите у него самого.

Я повернулся к Безухому и чуть не вскрикнул. Рядом со мной сидел вовсе не Безухий. У этого кролика не было ушей, но многие другие его черты неуловимо отличались. Я собирался спросить его, кто он такой, но он поднял лапу, чтобы я замолк, и подал мне знакомый знак: подмигнул и щелкнул языком. Я уже видел такое, когда он приезжал, чтобы забрать Бобби и Пиппу на «Кроличьем Такси».

Это был Харви.