Ткани Толстяка не являлись столь же податливыми, тем более Каменные Кулаки. Я поднял ороговевшие руки в защитном жесте и принял первый удар монстра на них. Раздался глухой скрежет, резанула острая боль. Осветившаяся зеленым кромка лезвия прошила мою плоть если не как бумагу, то примерно как пластилин! Бандура застряла в каменной конечности, врезавшись в кость, которые были мной дополнительно усилены одним из Талантов. Зеленая светящаяся кромка дрына совершила аккуратный, почти хирургический разрез. Скрежет продолжился, я ощутил давление, в разные стороны полетели ошметки плоти. Фантомный навык Охотницы работал на манер бензопилы!
Я ощутил, что еще мгновение, и Пробудившаяся тупо перепилит мою руку! А ведь Каменную броню я небезосновательно считал самым крепким материалом из существующих на данный момент! Не для того я прокачивал Прочность, чтобы безбашенная дамочка пилила меня на запчасти. Проклятый Орб снова одарил Охотницу способностью, которая контрила мою высокую защиту. Сколько можно уже⁈
В последний миг я отдернул руку и отступил, чувствуя, что кость практически перепилена. Сумасшедшая Охотница продолжала наступать, не обращая внимание на летящие в нее стрелы и удары молний Степаныча. Я принялся наносить удары здоровой рукой, выпуская одну Вихревую Волну за другой. Увернуться от моих атак вблизи ей было сложновато, вот только на дистанцию прямого удара она не подходила. Зачем, если у нее есть двухметровый клинок? Вихревые выпады отбрасывали Охотницу и сбивали с шага.
Что-то я резко растерял всю свою храбрость и решимость. В ближней сшибке у меня мало шансов против фантомного меча-бензопилы, издали же мне Охотницу не достать. Без Второго Шанса лезть на столь опасного противника неблагоразумно. Зря я Диану отправил вперед. Зайка двигалась шустрее и по идее могла покалечить Охотницу.
Модификанты из отряда Пробудившейся приближались к нам. Двигались без особой спешки и несколько нерешительно, словно не были уверены в том, что им надо вступать с нами в схватку, однако в любом случае их компания вызывала опасения.
Илья решил попытать свои силы. Рык бросился на Охотницу с фланга, пока она была отвлечена моими Вихревыми Волнами. Однако Пробудившаяся заметила модификанта. По скорости рефлексов она Рыку почти не уступала. И это при ее-то габаритах и массе! Охотница, правда, была намного более стройной и гибкой, нежели Толстяк, но тем не менее. Не должен боец обладать одновременно мощью, скоростью и всепробивающим оружием. Налицо лютый дисбаланс. Проклятый Орб раздает имбовые плюшки налево и направо!
Рыка Охотница к себе попросту не подпустила. Отпрыгнула в сторону, а затем махнула своим монструозным клинком. Рука Ильи грохнулась на асфальт.
— Гадство! — ругнулся парень и, морщась от боли, бросился за отрубленной конечностью. Разрез получился достаточно ровным и аккуратным.
Учитывая его регенерацию, активируемую по желанию, он вполне мог прирастить обратно недавно отсеченную часть тела. Илья приложил руку к обрубку и отступил дальше по дороге.
Степаныч активнее включился в противостояние. Разряд немного сократил дистанцию и включил шоковую терапию на полную катушку. Охотницу объяли электрически разряды. Упыриха скривилась и бросилась на мужчину. Ей такое отношение явно не понравилось. На пути у Охотницы встал я, принявшись лупить Вихревыми Волнами. Вот только пользы от навыка не в клинче было мало, а подходить к мечнице вплотную я опасался. У нас с ней были слишком разными дистанции атаки. Не хотелось бы повторять опыт Ильи и лишаться рук. Отрастать моя будет долго.
В голову ничего деятельного не приходило. Лучник и Шпора Матрон вступили в бой, снаряды принялись барабанить по моей Прочной шкуре. Хотя бы они меня не пробивали от слова совсем. Сова же наносила небольшие повреждения по Охотнице. Жаль, что такими темпами убивать Пробудившуюся она будет слишком долго.
— Переходим к плану Б! — принял я непросто решение.
— План Б? — переспросил Степаныч.
— Б — Бежим! — рявкнул я. — Завесу!
Я бросил несколько последних Вихревых Волн по Охотнице, после чего развернулся и понесся по улице в сторону Белой Крепости. На ходу подхватил Сумрака, которая начала распространять вокруг нас темный туман. Лолька так же запрыгнула на меня, словно на дерево, и начала поливать преследователей паутиной. Охотница ругалась, когда на нее попадали липкие нити. Вырывалась она быстро, но подобный трюк позволял нам выгадать драгоценные мгновения. Илья со Степанычем не отставали, Сова парила наверху.
