Ему было ясно, что мабдены собственными жизнями готовы платить за уничтожение древних народов. Но почему? Ведь древние никогда и ничем им не угрожали! Да и чем малочисленные вадхаги и нхадраги могли угрожать несметным полчищам свирепых мабденов? Представители древних рас обладали по сравнению с этими молодыми племенами лишь одной действительно бесценной вещью: знаниями. Неужели мабдены так боялись их знаний?
В течение десяти дней лишь дважды останавливаясь на отдых, гнал Корум своего коня к северу. Теперь он хорошо представлял себе, как может выглядеть древний замок Гэл, если там побывали мабдены. Однако он непременно должен был добраться туда, чтобы увидеть все собственными глазами. Или же – если князь Фагуин и его семья еще живы, конечно! – предупредить обитателей замка о грозящей им опасности.
Селения мабденов теперь встречались часто, но Корум избегал их. Встречались деревеньки, похожие на ту, первую, но некоторые селения были значительно больше. В центре каждого высилась мрачная каменная башня. Несколько раз он видел в отдалении отряды мабденских воинов, и лишь более острые, чем у мабденов, слух и обоняние позволяли ему заметить их раньше, чем они заметят его.
Однажды он даже вынужден был переместиться вместе с конем в другое измерение – истратив при этом немыслимое количество энергии и с трудом избежав прямого столкновения с мабденами. Он видел их прекрасно: они проехали мимо него не более чем в пяти шагах, однако увидеть его были не способны. Как и те мабдены, которых он видел прежде, эти тоже ездили не верхом, а в повозках, запряженных косматыми лошадками. Когда Корум увидел их поближе – лица с жирной и грязной кожей, покрытые оспинами и следами других болезней, вонючие тела, разукрашенные варварской татуировкой, – то в очередной раз подивился их разрушительной мощи. Ему по-прежнему трудно было поверить, как эти дикари, почти животные, похоже, совсем лишенные второго зрения, сумели разрушить замки великих вадхагов.
И вот наконец наш Принц в Алом Плаще достиг подножия холма, на котором стоял замок Гэл, и увидел, как завивается в воздухе черный дым, пронизанный красными языками пламени, и понял, что те мабдены, которые прошли так близко от него, как раз возвращались после битвы у стен замка и одержанной там кровавой победы.
Это было настоящее побоище. Яростное сражение длилось, видимо, много дней. Обитатели замка Гэл оказались более подготовленными к войне, чем другие вадхаги. Надеясь отыскать хоть кого-то из раненых соплеменников, Корум погнал коня галопом вниз по склону холма.
Но единственным живым существом среди дымящихся развалин оказался мабден, жалобно стонавший и брошенный своими. Корум сделал вид, что не заметил его.
Он обнаружил три трупа вадхагов. Все трое умирали долго и в страшных мучениях. Двоих воинов буквально изрубили на куски вместе с доспехами, но сперва им отсекли руки и ноги. А третья… То была девочка лет шести.
Корум бережно перенес трупы к жарко горевшему огню пожара, чтобы огонь пожрал тела погибших вадхагов, и вернулся к своему коню.
Вдруг он услышал, что раненый мабден зовет его. Корум замер: голос незнакомца звучал иначе, чем у прочих дикарей.
– Помоги мне, господин мой!
То был до боли знакомый, певучий язык вадхагов и нхадрагов!
А вдруг это вадхаг, притворившийся мабденом, чтобы не погибнуть? Корум взял коня под уздцы и пошел назад. Миновав дымовую завесу, он остановился над распростертым на земле раненым.
Тот был одет в неуклюжий плащ из волчьих шкур и полукольчугу из железных звеньев. Сползший шлем скрывал большую часть его лица, и раненый почти не мог видеть. Корум осторожно снял с него шлем, отбросил в сторону… и у него перехватило дыхание.
То был вовсе не мабден! Но и не вадхаг. Перед принцем было окровавленное лицо нхадрага – смуглая кожа, приплюснутый нос, низко, почти от самых бровей растущие волосы.
– Помоги мне, господин мой! – повторил нхадраг. – Я ранен не очень тяжело и могу еще тебе пригодиться.
– Кому ты хочешь служить, нхадраг? – тихо спросил Корум. Оторвав кусок ткани от рукава рубашки нхадрага, он вытер запекшуюся у того на лице кровь, мешавшую ему разлепить веки. Раненый заморгал, стараясь получше разглядеть своего возможного спасителя. – Так кому же ты собираешься служить? – снова спросил его Корум. – Неужели мне?
Затуманенный взор нхадрага прояснился, и глаза его вдруг наполнились неподдельной и неистребимой ненавистью.
– Вадхаг! – завизжал он. – Значит, один из этих вадхагов еще жив!
– Да, я еще жив. Почему ты так ненавидишь нас?
– Все нхадраги ненавидят вадхагов. И всегда ненавидели. Но как случилось, что ты не умер? Может, ты где-то прятался?
– Я не из замка Гэл.
– Значит, я был прав: это не последний их замок. – Нхадраг завозился, пытаясь вытащить нож, но силы покинули его, и он снова рухнул на землю.
