– Товарищ капитан, что с вами?! – выкрикнул шофер, мальчишечьи его глаза от удивления были круглыми.
– Скорей... в санчасть! – первое, что пришло на ум, прокричал Валентик, подбегая. И в эту секунду взгляд шофера скользнул куда-то мимо, глаза шофера округлились еще более. Валентик безошибочно определил, что парень увидел выбежавшего из-за угла Алейникова. Машина еще катилась, замедляя ход.
– Сто-ой! – донесся хриплый возглас, воздух расколол выстрел.
Пуля просвистела где-то сбоку. Валентик был уже возле остановившейся машины, он схватил ничего не понимающего шофера за шиворот, рванул из машины, заскочил туда сам.
Алейников, стреляя на ходу, приближался. Мотор автомашины работал, парень-шофер стоял в дорожной пыли на коленях, крутил головой, глядя то на Алейникова, то на командира спецшколы. Валентик лихорадочно включил скорость, но на газ нажал плавно. «Виллис» тронулся и стремительно полетел вдоль затравеневшей деревенской улицы. Алейников беспорядочно стрелял вслед, пули свистели то сбоку, то сверху, одна попала куда-то в машину. «Только бы не в колесо... или не в спину мне!» – думал Валентик, сгорбившись над рулем, вздрагивая при каждом выстреле.
– Тэ-эк-с, – зловещим голосом протянул старый полковник, встал из-за стола, раздраженно захлопнул металлический колпачок на чернильнице. – Что ты, Алейников, тотчас обо всем доложил управлению, это хорошо. Честно по крайней мере... Но что же за этого Валентика прикажешь с тобой делать? В трибунал? В штрафную роту? – Полковник усмехнулся. – Кстати, в зону действия вашей опергруппы как раз на днях и направлена одна из штрафных рот.
Алейников, опустив голову, молчал.
Начальник фронтового управления СМЕРШ, огрузневший немного, седоволосый, ходил взад-вперед мимо Алейникова, потом остановился перед ним.
– Как же это произошло, Яков Николаевич?
– Как? – Алейников вздохнул, потер шрам на щеке. – Я и стреляю прилично, с тридцати метров в копейку могу попасть. А тут словно черт за руку дергал.
– А я не о том, что ты упустил его! Это уж другой вопрос. Ты не разглядел матерого вражеского агента в своей группе!
Что было отвечать Алейникову? Да, не разглядел. Чекист с двадцатых годов, хорошие характеристики. Давно орудует в органах, и никто до сих пор не мог его разглядеть. Но так подошло, что отвечать теперь ему. А спросить могут очень строго.
Яков, неслышно вздохнув, произнес:
– Я готов нести ответственность, товарищ полковник.
– Ответственность... – Старый чекист недовольно пошевелил усами. – Сколько он наших людей погубил! Как за это ответить? В каком размере ответ должен быть?
Голос его был сух и по-прежнему зловещ, леденил Алейникову сердце.
Потом начальник управления долго молчал, отвернувшись. Наконец поднял голову, тем же недружелюбным голосом произнес:
– Вот я все хотел спросить – где это вам нарисовали... шрам этот?
– Это давно, товарищ полковник, в гражданскую. След от шашки царского полковника Зубова. Он был командиром карательного отряда там у нас, в Сибири. Много он нам тогда, нашему партизанскому отряду, хлопот принес. А потом мы накрыли его на одной таежной заимке...
– Ну? И, надеюсь, не упустили? – Полковник глядел на Алейникова, чуть вскинув подбородок.
– Нет... Его зарубил командир эскадрона из нашего отряда Федор Савельев.
– Кто?
– Савельев Федор Силантьевич, – повторил Алейников, – который служит сейчас в Шестокове у немцев...
– Да, да, помню, ты докладывал об этом Федоре Савельеве, своем землячке, – с усмешкой проговорил начальник управления. Но тут же усмешка исчезла, он нахмурился и, глядя куда-то мимо Алейникова, раздумчиво произнес: – Шестоково, Бергер, Лахновский...
– А сейчас могу доложить еще о двух Савельевых. О сыне и младшем брате этого Федора.
Полковник поднял на Алейникова вопросительный взгляд. Но вместо ответа Яков вытащил из планшета дивизионную газету, взятую с подоконника в спецшколе, протянул начальнику управления. Тот сначала надел очки, лежавшие до этого на столе, взял газету, поглядел на портреты и стал читать заметку, рассказывающую об эпопее танкового экипажа Дедюхина.
Пока он читал, Алейников пытался представить себе таинственную деревушку Шестоково, находящуюся в нескольких десятках километров юго-западнее Орла. В Орле находился центр немецкой разведки «Виддер», а в лесной деревушке Шестоково одно из многочисленных отделений «Виддера» – «Абвергруппа-101», начальником которой являлся некий капитан Бергер. «Абвергруппу» охраняла так называемая «Освободительная народная армия» под командованием штандартенфюрера, то есть полковника, Лахновского. В этой «армии», насчитывающей всего около двухсот человек, в штабном взводе и служил Федор Савельев.
