Василий только что окончил Новосибирский сельскохозяйственный институт, в чемоданчике у него лежал только что полученный диплом агронома. Год он проучился заочно, работая одновременно редактором газеты соседнего с Шантарским района, а потом перевелся на стационар.
Учеба в институте, что и говорить, ему далась нелегко. То, что его сокурсники – молоденькие девчонки и пареньки – усваивали шутя, ему приходилось иногда прямо-таки вдалбливать себе в голову. Над ним, случалось, посмеивались и подшучивали, но он, не обижаясь, корпел и корпел над книгами.
Как бы там ни было, институт он окончил не хуже других.
При распределении выпускников Василия хотели направить агрономом в одно из сельских производственных управлений, но он, решив, что управление никуда от него не уйдет, зашел в обком партии и попросился в совхоз или колхоз.
– В любое хозяйство пойду, – сказал он. – Но с особым энтузиазмом пошел бы в шантарский колхоз «Красный партизан». В последнее время там председателем мой отец...
– В «Красный партизан»... – медленно проговорил заведующий сельхозотделом обкома партии. – А ведь это будет правильнее. Вам намного интереснее, хозяйство это вы знаете... До учебы в институте, я помню, уполномоченным там не раз бывали?
– Не раз, – усмехнулся Василий. – Из года в год там держал меня Полипов, бывший секретарь Шантарского райкома партии.
– Да, да... А что, Василий Поликарпович, если несколько по-иному сделать? Если не агрономом, а... председателем колхоза мы тебя порекомендуем туда? Поликарп Матвеевич просит освободить его. И мы понимаем – были бы еще силы у него, не попросил бы. Да вы, конечно, это и сами знаете... Как, а? Мы поговорим с Шантарским райкомом партии, я думаю, райком не будет возражать.
Василий был человеком взрослым, предложению этому он не удивился и ответил просто, без всяких оговорок:
– Если обком и райком партии доверят и колхозники меня примут, я приложу все силы, чтобы такое доверие оправдать.
– Значит, договорились. Поликарп Матвеевич... я думаю, будет рад этому. Передайте ему лично от меня поклон и привет. Мы готовим... Об этом вроде и не положено говорить, да ведь как у нас бывает? Мы не говорим, а все равно всем известно. Мы готовим представление Поликарпа Матвеевича к Герою Социалистического Труда. По совокупности, как говорится, за всю его деятельность... С Москвой это согласовано, и, я думаю, к Ноябрьским праздникам указ появится. Что это вы так горько улыбаетесь?
– Видите ли... поздновато иногда к людям их заслуженные награды приходят.
– Такова жизнь, – усмехнулся и заведующий сельхозотделом. – Иногда награды поздновато приходят, иногда и другое, нечто противоположное... От Полипова Петра Петровича вот мы смогли освободиться лишь в позапрошлом году.
– Где же он сейчас?
– Год он работал в совхозе «Степной» секретарем партбюро.
– Это у Ивана Савельева?!
– Да, в его совхозе. Савельев отличный хозяйственник, прекрасный человек, честный коммунист. «Хорошо, говорит, пусть работает у нас, но предупреждаю: люди у нас прямые, и через год они откровенно выскажут свое мнение о Полипове. Если он что-то поймет в жизни, будет к делу относиться как положено, наши коммунисты его поддержат. А нет – забаллотируют на очередных выборах парткома».
– И что же?
– Прошлой осенью забаллотировали. Даже в партком не избрали. Он сюда, в обком, с жалобой. На кого бы, вы думали?
– На Савельева, я думаю.
– Именно, на директора совхоза. И на одного из секретарей райкома партии – Инютина. Настроили, мол, коммунистов против. Но мы-то знаем, что это не так. Что же с ним делать? На пенсию жить не хочет: «Я, говорит, коммунист с дореволюционным стажем!» И по анкете оно так... И силы, толкует нам, несмотря на возраст, еще имеются. Выбирай, решили мы, любое другое хозяйство, мы еще раз тебя поддержим. И он выбрал. Что, думаете? Совхоз «Первомайский». Там директором Малыгин, что женат на бывшей жене Полипова.
– Интересно...
– Да. «Удобно вам это будет?» – спрашиваем. «Малыгин, – отвечает, – человек порядочный и государственный, а для коммунистов главное порученное партией дело, а не личные отношения и бытовые противоречия».
– Бытовые противоречия?
– Так он выразился.
– Малыгин, я помню, слишком исполнительный был, в рот Полипову все время глядел.
– Я понимаю, о чем вы говорите. Но видите ли, Василий Поликарпович... Малыгин не скажу, что из передовых директоров. Но... жизнь идет, чему-то учит тех, кто хочет или может научиться. Медленно, но учит она и Малыгина. Мы этому радуемся. В общем, позвонил я в Шантару, попросил райком порекомендовать коммунистам «Первомайского» избрать Полипова секретарем парткома. Да, кажется, и там у него не клеится...
Перебирая в памяти весь этот разговор в обкоме партии, Василий Кружилин шел по луговой тропинке. Вспомнил и сегодняшний утренний разговор с Николаем Инютиным в Шантарском райкоме партии.
