В груди заныло. Когда его рука легла ей на талию, он медленно потянул к себе. Полина ощутила жар, мгновенно пробежавший по телу. На миг забыла, как дышать, настолько ее захватила и близость, и касания Алекса. Это было так волнующе — каждой клеточкой своего тела ощущать эти прикосновения, электрическими разрядами приникающие под кожу. Она будто превратилась в одно сплошное чувство, ощущая его. Его руки, его тело, его дыхание и даже его запах.
Треск электрических искр прорезал пространство, стоило Алексу прижать Полину к своему телу и зарыться пальцами в ее волосы. Он прижался к губам девушки в поцелуе, рукой пробежался вниз по ее спине. В самом низу живота тягостно заныло, когда он коснулся ее бедер своими, а ее руки скользнули по его телу, поглаживая по спине и плечам.
Поцелуй был потрясающий. Распутный, медленный, сексуальный, нежный… Каким же множеством способов умел целоваться этот мужчина! Только можно ли назвать, то, что происходило между ними, лишь поцелуем…
Это было слишком пылко, сногсшибательно… Боже, пламя страсти разгоралось слишком сильно, слишком быстро… Все — слишком. Ей нужно перевести дыхание.
Словно прочитав ее мысли, Алекс отстранился. Поля облизнула губы, ощутив на них его вкус.
— Ну, что летим домой? — услышала шепот. Горячие крупные ладони обхватили ее талию и прижимали к своей груди. — Рядом с тобой я теряю любое самообладание. Твои сверкающие глаза, восхитительные губы вдребезги разбивают мое здравомыслие. Но нам пора.
Лишь спустя некоторое время до нее дошло, что она пребывала в жарких объятиях этого потрясающего мужчины посреди центральной площади баварского городка на глазах у его людей. На глазах посторонних людей.
Но ей было плевать. В этот момент отчаянно не хотелось его отпускать. Она готова была отдать многое только за одну возможность продолжать так стоять и испытывать эти кружащие голову чувства. И, правда, сумасшествие. Захотелось быть еще ближе, раствориться в нем. Стать одним целым!
Она вздрогнула. Вот, черт! Это действительно ее мысли?! Кажется, заигралась. Попала под влияние эмоций, вызванных колдовской музыкой. Уже второй раз за вечер она теряет связь с реальностью.
Она же пообещала себе, что никогда не допустит такой ситуации! Не позволит привязаться к кому либо, так сильно, что можно потерять независимость, раствориться. Всегда стремилась быть свободной и трезвой умом.
— Конечно… — пробормотала Полина, отстраняясь от Алекса. Говорить непослушными губами с прилипшим к горлу языком оказалось очень непросто.
Поспешила скрыть замешательство, поджала губы. Поежилась от налетевшего порыва ледяного ветра. Поспешно села в автомобиль.
Алекс завораживает. О, он невероятно взрывоопасно действует на нее, сминая весь контроль. Явно ей не по зубам.
Полина протестуя, напомнила себе, что она — так-то независимая, успешная, сильная женщина. Лгунья… Себе-то зачем врать? Не вывозит она Алекса.
Разговор накануне на кухне с подругой всплыл в памяти яркими деталями. Слова Яропольской набатом звучали в голове.
— …Знаешь, в чем твоя проблема? — Иришка протянула Полине бокал с вином, сделав глоток из своего, взгромоздилась на подоконник.
— Думаю, сейчас ты мне это скажешь, — проворчала Поля, сомневаясь, что хочет услышать мнение подруги. Та умела критиковать не в бровь, а в глаз.
— Ты так боишься быть уязвимой, что пытаешься контролировать буквально все. Особенно свои чувства. Тебя устраивает то, что ты одна, и даже больше — то, что ты не влюблена. Для тебя влюбиться — значит потерять контроль над собой. Только я не понимаю, что страшного в том, чтобы потерять контроль рядом с любимым человеком, отдаться чувствам. Ты и мужчин-то выбираешь, которыми можешь управлять… Ну, только если Рогозин оказался исключением. И то… Думаю, он только добавил дровишек в огонь твоей непримиримости. Да ты настоящая фанатичка контроля! О! Было бы забавно посмотреть, как ты теряешь свой хваленный самоконтроль, подружка. М-м-м… довольно занимательно…»
«Похоже, я попала!» — Полина мысленно застонала. — «Неужели Иришка так скоро увидит, как я теряю голову!».
Она ощутила, что где-то в глубине души зарождается невероятно опасное, но такое сладкое, граничащее с болью чувство.
Сможет ли она не растерять себя рядом с Алексом? Сможет ли устоять, постоянно балансируя на грани и рискуя сорваться в пропасть собственных чувств?
Поля спала. Александр Михайлович откровенно залюбовался.
Она была совершенством по всем статьям. Его идеалом. И повинуясь порыву, аккуратно вытащил все шпильки из ее прически. Платье снимать не стал, чтобы не смущать ее и не рушить хрупкое доверие.
Вспомнил, как она приревновала его к стюардессе. Какой-то дикий восторг и огромное тепло он ощутил, когда это понял. Поля его ревнует! Глупая. Зачем ему другие женщины? Ему нужна только она. Его Поля. Он хочет только ее. Все остальные меркнут.
Как же ему было приятно, когда она взяла его за руку. Сама, в порыве эмоций. И они как подростки весь концерт просидели, не разнимая рук. Рядом с ней все удивительно. Все кажется иначе.