Было понятно, что этот подарок явно не простой. Уж больно хитрый был у Рэна взгляд! Однако друг не успел мне ответить. Раздался стук в дверь, в комнату заглянула маленькая девочка лет восьми, наверное, первокурсница, и тихо произнесла:
— Сэллира Эйд, вам пришла посылка!
— Спасибо! Сейчас заберу.
Светловолосая девочка смущенно улыбнулась и убежала. До чего же забавная!
— Посылка? — Рэн удивленно посмотрел на меня.
— Думаю, это от Трэшена. И если это так, верну ее обратно, даже не открывая!
— Зачем? — Друг в предвкушении улыбнулся. — Подумай сама, тысяча золотых! Заметь: честно заработанных! Ты ведь привела принца к артефакту! А то, что полуэльф упустил его, не твои проблемы. В любом случае эта тысяча по праву принадлежит тебе! Да не переживай ты так, помиритесь еще!
Хм, а ведь он прав. Если я верну Трэшену деньги, все равно это ничего не изменит. Полуэльф не простит мне предательство. Действительно, почему я должна возвращать заработанное? Ведь я выполнила часть своего договора.
— Ты прав! Идем, заберем мою тысячу золотых.
* * *
В аудитории собралась вся наша группа. Тишина была просто нереальная, даже жужжание мухи казалось слишком громким.
Внизу за длинным столом сидели четыре преподавателя, которым предстояло выслушивать наши отчеты по практике: Зэлий, историк Бэрд, а также две сестры, Эрика и Элия, они преподают прорицания и сновидения.
И вот началось то, чего все боялись как огня. Впрочем, это и неудивительно.
Моя фамилия была почти в самом конце списка, поэтому ждать предстояло долго. Я терпеливо выслушивала одногруппников и чувствовала, что меня клонит в сон. Достойное выступление было лишь у Рэна, несмотря на его скудную тему, да у Эли, которая, оказывается, тоже была в Аллире. Родители заплатили, чтобы она проходила практику там.
— Сэллира Эйд! — Громкий голос заставил меня вздрогнуть, но я тут же быстро взяла себя в руки. Вздохнув, я уверенно пошла вниз к трибуне. Сдав отчеты комиссии, взяла только один лист, в котором была шпаргалка, и твердо заговорила:
— Уважаемая комиссия, дорогие сокурсники! Я проходила практику у Лайра Дираса, темного эльфа-полукровки. Планировалось, что мы остановимся в городе Лорелин, но наш маршрут претерпел некоторые изменения. В вашем распоряжении — дополнительные материалы по практике. Все, кому интересно, могут подойти к комиссии и посмотреть.
Я усмехнулась, видя, как в скучающих глазах однокурсников появляется интерес. А ведь это только начало!
— Итак, мой первый объект изучения — это русалка. Вы спросите, что в них особенного? Рыба рыбой! Но, как оказалось, они соблазняют не только мужчин.
— Эйд, я бы попросил! — остановил меня Зэлий. — Ваши шуточки сейчас не к месту.
— Это правда! — упрямо возразила я. — Русалка проживает в лесном озере недалеко от Партэна. И прошу: все вопросы после выступления.
Знаю, что с моей стороны перечить преподавателю было явной наглостью, но, если меня сейчас начнут то и дело перебивать, я просто не смогу красиво закончить выступление.
— Хорошо, — разрешил Бэрд, я даже удивилась. — Продолжайте, Эйд.
— Итак, сначала о нечисти, которую мы встретили по дороге. Кстати, путешествие у нас было из Партэна до гномьих гор, через Аллир…
По залу прошел восхищенный шепоток. Я ощутила гордость. Я прямо сама себе завидовала! Ведь, скорее всего, мне больше не представится случая побывать за границей. Нет, конечно, деньги теперь есть, но мы с Рэном составили целый план, на что их потратить. Да и львиную долю придется заплатить за магистратуру, там, к сожалению, бюджетного отделения нет.
Я рассказывала не только о нечисти, а также о магии дроу. Говорила легко и непринужденно, останавливаясь на самых интересных моментах. Мне было приятно, что многие слушали с нескрываемым интересом. Но вот когда я закончила свой доклад с предъявлением запечатленных моментов, начался допрос с пристрастиями, которые так любят преподаватели.
— Как вы смогли так легко миновать гномьи пещеры? — изумленно спросил Зэлий. — Многие маги высшего уровня не возвращались оттуда, а вы, студентка десятого курса, вернулись без единой царапины.
— Не совсем, — возразила я, — там на каждом шагу расставлены ловушки. Возможно, все дело в том, что со мной были два темных эльфа.
Про Эшэра я тоже упоминала, сказав, что это друг полуэльфа, который решил нам помочь.
— В таком случае, — начал Бэрд, — ответьте на такой вопрос. Вы упомянули, что карды привыкают к людям. Но всем известно, что это дикая нечисть. Так как же это возможно? Конечно, мы вам верим, вы видели кардов, ваши иллюстрации прекрасно это доказывают, но все же…
— Не знаю, как насчет всех, но про одного могу сказать с полной уверенностью, что это так. Если малыша карда забрать у матери, он привыкает к тому человеку, который приютил его.
— На чем основываются такие выводы? — спросил кто-то из зала.
— На собственном опыте.
И что теперь делать-то? Правду ведь не скажешь. О, знаю!
— Всю дорогу кард был рядом с нами, а когда мы отпускали его на волю, он не хотел уходить. Вы знаете, какого труда нам стоило оставить его в лесу!
