Я понятия не имела, о чем она говорила, но после того, как увидела, как она отбросила от меня толпу линчевателей, я не собиралась расспрашивать ее.
– Вперед! – прокричала, хватая Айви за руку и убегая от людей, окружающих нас.
Они кричали, отстраняясь в панике, когда мы бежали через них, прокладывая себе дорогу. Меня били локти и запах страха. Моя хватка на Айви никогда не колебалась, когда я следовала за мамой и пыльцой Дженкса. Адреналин был холодным огнем, когда я чувствовала уколы от поднимающейся области. Она была как раз передо мной, и я сделала выпад, таща Айви ко мне, когда нырнула под повышающееся мерцание.
– Нет! – прокричала я, когда оно облизало меня, сердце замерло, когда оно решало на какой стороне меня сформироваться, а затем была только я, тащащая Айви. Мы вместе упали на землю, и она встала на ноги с нереальным изяществом.
Потрясенно, я сидела на тротуаре и смотрела на фиолетово-зеленую мерцающую область позади меня. Она была настолько толстой, что я не могла видеть через нее. Я ободрала ладонь и потерла ее, когда пыталась решить, что больно, а что нет. Я не знала, что они так могли закрыть площадь.
Мое побуждение подняться исчезло от новой боли в моем плече. Шипя, я перенесла вес со своей руки, затем взвизгнула, когда какой-то парень, пахнущий вампиром, поднял меня.
– Эй! Отпусти, – прокричала я, затем стала искать маму, как раз когда мужчина сильнее сжал свою руку.
– Это область сдерживания, – сказала она, улыбнувшись, когда чиновник О.В. вывернул ее руки позади нее и надел на нее наручники. – Мы с Дональдом застряли в ней однажды во время протеста, и они позволили нам сидеть там, в течение пяти часов прежде, чем отпустить. – Она посмотрела на мужчину, пытающегося тащить ее прочь. – Эй! У меня есть право на звонок!
Дженкс усмехнулся, бросаясь назад и вперед, чтобы избежать человека с сетью.
– Твоя мама могла написать книгу, Рейч.
– Чувак, я на вашей стороне! – воскликнула я, затем ахнула, когда парень, который поднял меня с тротуара, пихнул в автомобиль и вывернул мои руки назад. – Ой! Осторожнее с плечом!
– Нина все еще там! – прокричала Айви, и я услышала знакомые удары и фырканье, которые происходили, когда вы говорили Айви нет. Мужчина отпустил меня, и я развернулась со связанными запястьями, когда прислонилась к автомобилю, чтобы посмотреть. Я отчасти работала на ФБВ. Мы разобрались бы в этом, как только нашли бы Эддена.
– Оооо, это будет болеть неделю, – восхищенно сказал Дженкс, когда завис около меня, и я вздрогнула.
– Дженкс, пойди, найди Эддена, а?
– Понял! – сказал он бодро и унесся.
Айви пятилась к мерцающему барьеру, удерживая всех на расстоянии восьми футов. Они знали, кем она была, и я думала, что им было глупо настаивать. Она была великолепна со струящимися волосами и темными глазами, движения были чистыми и острыми, когда она отбросила еще двух агентов, которые посмели сунуться к ней.
Офицеры О.В. в специальных жилетах входили и выходили из барьера, будто он не существовал. Я даже не знала, что у них были подобные вещи. Айви повернулась, когда раздался голос Нины, которую тащили, помогая ей преодолеть барьер, в смирительной рубашке, когда они привязывали ее к фургону О.В.. Фанатик был прямо позади нее, и я надеялась, что они поместят их в разные транспортные средства.
– Нина! – позвала Айви, а затем я ахнула, когда человек в жилете проник через барьер прямо позади Айви и схватил ее.
Айви дико боролась, и моя мама медленно передвинулась, чтобы встать около меня, восхищенно распахнув глаза, когда моя соседка по комнате шевелился, извивалась, и, наконец, уступила силе боевых искусств, которая сломала бы ее запястье, если бы она продолжила бороться, свободной рукой она ударила по бедру, демонстрируя подчинение.
– Хорошая девочка, Тамвуд, – перекошено произнес вампир, который победил ее. – Дайте наручники! – прокричал он громче.
– Эй! – разозлено воскликнула я. Он был тем же парнем, который схватил меня, явно довольный собой, поскольку Айви держали его приятели. – Я – Рейчел Морган, а это – Айви Тамвуд. Что ты делаешь? Мы здесь, чтобы помочь!
Улыбка вампира охладила меня, но его очарование не имело успеха, когда я подняла подбородок и смутила его.
– Рейчел Морган, – растягивал он слова, когда снял свой полевой ремень безопасности и вручил его подчиненному. – Сопротивляешься аресту? Тебя надолго запрут.
– Я ничего не сделала! – негодуя, произнесла я. – Я не сопротивлялась аресту. Если бы я сопротивлялась, то не была бы арестована! Где капитан Эдден? – Но когда вампир продолжил улыбаться мне, я начала сомневаться. Я не сделала ничего плохого, кроме того, что придумала, почему я была здесь, но как только вы попадали в заключение у О.В., они могли заставить вас сидеть в комнате больше дня, прежде чем они должны были обвинить или освободить вас.
