Алексей похолодел. Как он мог допустить такую оплошность! Не стереть номер их мобильного с определителя! Он его не узнал, вот в чем дело! Он не помнил номер их сотового, он его никогда не набирал…
— Да только ты, говнюк, телефон выключенным держишь! Хорошо, хоть сейчас дозвонился до тебя. Кис, дело серьезно, слышишь? У нас тут мобилизация полная! Щедринская с тобой?
Кис растерялся не на шутку. Впервые за много лет он боялся сказать Сереге правду. Но соврать другу было выше его сил.
— Со мной.
— Вы где?
Он медлил, он искал подсказку в Майиных глазах, но они смотрели на него с отчаянием тонущего, и подсказки в них не было.
— На моей даче.
— Не двигайтесь. Мы сейчас приедем. Нам Щедринская очень нужна. Кис, слышь, не двигайтесь!
— Вы ее задержите?
— Не без того. А что ты хочешь, тут такая заваруха, мокряк на мокряке, да и с ней до сих пор не понятно. А ты чего, у нее в заложниках или в охранниках? Да не боись, ей у нас только спокойней будет. И нам тоже, а то за этой малышкой кровавый хвост тянется. Ладно, при встрече поговорим. Жди, мы минут через сорок подтянемся с Димычем!
Кис выключил телефон и посмотрел на Майю. Она одевалась.
Он тоже стал одеваться. Мысли путались. Серега едет на сюда. Серега, старый друг Серега. Со старым другом Димкой.
Майя молча ждала его решения.
— Быстро, сказал Кис, — с вещами на выход.
Через пять минут он уже завел Москвич и они растворились в ночных проселочных дорогах. На запертой двери осталась белеть записка:
«Приду сам, когда найду доказательства».
Он молчал, вглядываясь в темень. Он понимал, что сегодня сделал — не хотел, не предполагал, но сделал! — выбор в пользу Майи. Между любимой женщиной и Майей. Между другом и Майей. Между самим собой — и Майей…
Всё, все его убеждения, все его принципы, все его представления рухнули в этот вечер. Он изменил любимой женщине и заподозрил друга в измене. В эту фразу можно было бы дважды вставить слово «почти», — но Алексей не хотел прятаться за словом.
Прав ли он? Кис не знал. Но чувствовал, что Майя стала ему слишком дорога, чтобы он мог пожертвовать ею.
Она молча курила, стряхивая пепел в окно.
— Я встану где-нибудь в лесу, поспим немного, — сказал Алексей.
— Поехали к Кузе. Прямо сейчас.
— Не поздно?
— Нет.
Майя назвала адрес, Кис развернулся и направился в сторону Москвы.
Дверь отворилась, и высокий лохматый брюнет с нежными коровьими глазами выкинул навстречу Майе длинные руки в широких халатных рукавах:
— Дитя, сестра моя! Прошу в мои края! [10] — громогласно продекламировал красавчик и распахнул свои объятия, вслед за коими распахнулись и полы шелкового халата, обнаружив весьма кокетливые трусы бордового, в тон халату, цвета, где на самом интересном месте было вышито золотом «Love me» [11] — Сестренка! А кто это с тобой?
Кузя с недвусмысленным любопытством рассматривал Алексея.
— Алексей Андреевич Кисанов, частный детектив.
— Тот, которого ты выкрала из-под носа у Усачева? Браво, сестренка! Проходите, Алексис, не стесняйтесь, здесь все свои!
— Не помешаю? — изощрился в вежливости Кис.
— Ну что вы, ну что вы, — кокетливо произнес Лазарь, — какие церемонии, право! За счастие почту ваше присутствие!
Они вошли в белую гостиную — белые стены, белый рояль, белые шторы, белая мебель. Кузя-Лазарь поспешил вперед — прикрыть дверь в соседнюю комнату, где на необъятной фиолетовой постели просматривались два мужских силуэта.
— Что стряслось, зайка моя? — Кузя уселся, закинув голую волосатую ногу на ногу. Бордовый шелк его халата элегантно приземлился на белую кожу кресла. — Что привело тебя ко мне посреди ночи?
Майя принялась сбивчиво рассказывать события последних дней. Кузя слушал молча, один раз только встал, чтобы прикрикнуть на своих дружков, слишком шумно резвившихся в соседней комнате.
— Так, все понял, — сообщил он, когда Майя умолкла. Он скрутил сигарету из «травки» и затянулся, выпустив вонючий дым горящего сена. — И чего ты хочешь от меня, дорогая? Что я могу для тебя сделать? Проси! — он выкинул вперед руку с куцей самокруткой между пальцами жестом римского императора.
— Лазорик, ты можешь узнать, кто меня заказал? — Майя сложила молитвенно руки. — Для меня единственное спасение — найти тех, кто убил Марка и теперь охотится за мной!
— Девочка! — громогласно возопил Лазарь и, вскочив с кресла, крупно зашагал по комнате, картинно воздев руки. — Де-воч-ка! Скажи, почему ты пришла ко мне? — Драматически повысил он голос, заполнив комнату модуляциями сочного баритона.
Кис порадовался, что не смотрел фильм с его участием.
Майя молчала, не понимая, к чему клонит двоюродный брат.
— Алексис! — воскликнул Лазарь, — Что вам сказало это дитя? — Он крутанулся, всполошив шелк халата, в сторону Майи, чтобы направить на нее указующий перст, — Что оно пролепетало, перед тем, как привезти вас ко мне?
— Что вы общаетесь со многими влиятельными людьми и сможете разузнать интересующую нас информацию, — Кис едва сдерживал улыбку.
