Но мне почудилось, что при разговоре присутствовал ещё кто-то. Кто-то помимо меня.
Картинка сменилась. Честно сказать, я не из брезгливых. Чего только не навидалась за годы работы, да и кровью меня не удивишь. Но тут к горлу подкатила тошнота.
Лилитана лежала на боку в багрово-черной луже с распоротым животом, кишечник вываливался наружу, будто она еще пыталась ползти, чтобы… спрятаться, уйти от убийцы. Платье было изодрано в клочья, на плечах и груди наливались чернотой гематомы. Перед смертью ее били и… Демоны,такого спускать нельзя! Девушку насиловали, предварительно вырезав язык. Случись такое у нас, всю страну вмиг облетело бы известие – маньяк.
Лишь спустя несколько мгновений я заметила риату. Он стоял в дверях ее бедной спаленки с окаменевшим лицом, не делая попыток приблизиться к изуродованному трупу. Она больше не была Лилитаной, назвать ее иначе, чем трупом, значило бы проявить неуважение к его воспоминаниям и последним страшным минутам ушедшей жизни.
«Следующим будет Крей, – одними губами прошептал будущий герцог, – они уничтожают всех, кто мне дорог».
- …тварррри!
Волчок не шипел, он рычал.
- Очнись, очнись же!
Я с трудом разлепила глаза. В мою не самую большую ванную ворвались бабуля и Паскаль, отчего сразу же стало тесно. Перед глазами все ещё стояло тело несчастной девушки.
- Где Крей?
- В архиве. С Трикссси, – ответил Лелюгрин и распорядился: - Вставай, в постели отдохнешь.
Оказалось, что я сижу в углу душевой кабины, сжавшись в комок и обхватив себя руками. Волчок кинул мне на плечи большое полотенце, которое само собой стало растирать влажное тело. Я даже не удивилась…
- Что ты видела? – встревожено спросила бабушка, совершенно забыв про мага.
- Труп подружки ррриаты,- ответил вместо меня Волчок. – Не нравитссся мне это.
Случайно взглянув на Паскаля, я заметила, как он подобрался. Потом маг вежливо отодвинул бабулю, миновал шатью и, нагнувшись, подхватил меня на руки.
- Во что ещё ты вляпалась? – прошептал он рядом с ухом, пока нес меня в спальню.
Доверять ли ему историю взаимоотношений Мелроев с Дигуэндами? Стихии вели себя как мыши под метлой. Интуиция молчала. Ну,и я промолчу.
- Я же говорила, что на Кендис заклятье, - сдала меня бабуля. – Она видит сны о Той Стороне.
- Когда это началось? – спросил Паскаль уже погромче.
- С нашего знакомства, - слегка слукавила я.
Волчок мановением хвоста расстелил постель, маг аккуратно опустил меня на простынь, которую я тут же подгребла поближе к себе. На мне и так ничего, кроме полотенца… И в другой ситуации я бы не возражала, но не в присутствии бабули!
- Волчок, сделай успокоительный чай, - попросила я.
Бабушка вызвалась приготовить чай по собственному рецепту. Волчок с не свойственной ему деликатностью вышел следом.
- Я боюсь за Крея, - неожиданно для самой себя сказала я.
- С ним все будет хорошо, - пообещал Паскаль.
- Она умирала страшно, – меня пробила дрожь. – Та девочка, Лилитана. А Райнбрин сказал, что Крей следующий…
- Кто такой Райнбрин?
- Старший брат Крея, - вздохнула я. – Я вижу сны про него.
Паскаль нахмурился. Ревнует, подумала я после того, как он спросил:
- А про меня ты снов не видишь?
- Тебя… я предпочла бы видеть наяву.
Он взял мою руку и поднес к губам. Тепло стало разливаться по коже, дрожь утихла. Зато радостно забурлили стихии. Взяли волю! Очень кстати появились бабуля с Волчком и успокаивающим чаем.
- Я вынужден уйти – пοсле недели в лекарне οтчегο-то скапливается мнοго неотлοжных дел, – вздοхнул маг. - Присмοтрите за внучкοй, мадам Дьюи. Очень прοшу, спать в οдиночестве она не должна.
- Я проссслежу, – вежливο οтветил Волчок.
После этого меня оставили в покое. Бабуля пошла провожать мага, Волчок свернулся клубком и успокаивающе замурчал. Глаза снова начали слипаться, видимо, чай подействовал… На самом деле заснуть и вновь оказаться рядом с трупом бедняжки Лилитаны было страшно. Кто настолько ненавидит Райнбрина?
