Король вышел на довольно ровную площадку и осмотрелся, не так-то высоко он и забрался, однако чуть в стороне от места, где они проходили, заметил невысокий холм, заросший густым кустарником. Сквозь заросли и щётку вереска проглядывали камни вовсе не природной формы! Это были развалины какой-то постройки, причём, довольно крупной, хотя с земли они не могли бы их рассмотреть. Он оказался прав, судя по всему, Тамр искала какое-то строение или остовы стен повыше и просто не обратила внимания на заросший холм. Довольный, Элиас засёк направление и отправился обратно, ни к чему волновать девчонку понапрасну. Король так и не смог ответить себе на вопрос, он отправился один, чтобы найти руины и покрасоваться, заслужить её одобрительный взгляд или правда беспокоился только о ней? Или ему просто нужно было побыть немного вдали от жёлтых, внимательных глаз, чтобы разобраться в себе? Утреннее происшествие, и то, как она прижалась к нему, её откровенный рассказ о сне… Элиас хотел узнать её и сблизиться, но был ли готов к этому? Мужчина не знал, однако не сомневался, что уже ничего не будет, как раньше.
Он медленно спускался по дорожке, поглощённый своими мыслями, а в лагере Тамрия вернулась в тело и суетилась, собирая на стол, вернее, на плоский камень, идеально его заменивший. Она окружила короля защитой, проверила местность и всё равно была начеку, краем сознания находясь в полутрансе, будто смотрела в два мира одновременно.
***
Элиас двигался по тропке, за грудой камней должен был уже показаться лагерь, когда нечто привлекло его внимание. Он не видел этого по пути наверх, камень перекрывал обзор, а теперь заметил небольшое гнездо из сухих веток и травы, в центре лежали три яйца. Два крупные, светло бежевые в мелкую крапинку, а третье, значительно мельче и ярко синего цвета с пурпурными разводами, необычная скорлупа слегка переливается при свете дня. Король не особо увлекался животным миром Ларата и не слышал никогда о подобных чудесах. Яйцо явно принадлежало не той птице, что построила гнездо. Синяя диковинка вдруг слегка пошатнулась, издав слабый треск. Птенец готовился вылупиться! Элиас осмотрелся, нигде не было видно живности. Как отнесётся мамаша, обнаружив подкидыша? А если на гнездо нападёт хищник? Мужчина, повинуясь порыву, взял яйцо и сунул в карман, решив, что так у малыша больше шансов выжить, а раз яйцо такое необычное, то и птенец может оказаться чем-то особенным. Может Тамр знает, что это за птица? Правитель Ларата прибавил шагу, ощутив почти детское любопытство и нетерпение.
Тами ощутила, как изменилась энергия правителя, но подумала, что он нашёл развалины и доволен собой. Обернувшись, девушка потеряла дар речи! Король улыбался, а в его большой ладони лежало настоящее чудо! Существо, ставшее почти легендой, отчаянно стремилось явиться на свет, ломая изнутри яркую скорлупу яйца.
— Если ты сейчас скажешь, что это будет дракон, я не удивлюсь, – хохотнул Элиас. – У тебя глаза сверкают, как янтарь на солнце! Значит, я нашёл что-то важное.
Мужчина в нетерпеливом ожидании смотрел на девушку, а она просияла ему в ответ такой улыбкой, что теперь онемел он. Как её могли называть серой мышью? Где были его собственные глаза десять лет?
Тамрия осторожно взяла яйцо и закутала в шаль.
— В тепле он скорее вылупится, – пробормотала ведьма и снова одарила короля сияющим взглядом. – Это гораздо лучше и ценнее, чем дракон! Ты нашёл «хранителя памяти», повелитель! Теперь я понимаю, что за сюрприз нас ждал, мы пришли сюда не ради развалин, а чтобы найти его!
— Что ещё за хранитель памяти? – Элиас был озадачен, что он вообще знает о своём мире?
— Птица крайс или «хранитель памяти», изумительное создание с ярким сине-пурпурным оперением и роскошным гребнем! – принялась объяснять Тами, жестом пригласив короля к столу. – Однако ценность этих птиц не в красоте. Они помнят всё, что когда-либо видели сами и хранят память своих предков. Но связаться с сознанием крайса может только ведьма. Птенца бросают родители, и он либо погибает, либо питается магией женщины, которая его найдёт. Раньше крайсы приносили птенцов на пустоши, ведьмы специально искали их, ведь это незаменимый помощник! Но с истреблением ведьм и птицы почти исчезли, у малыша почти нет шансов выжить самому. Уже несколько веков о них никто не слышал. Ты нашёл чудо, мой господин!
В этот момент раздался громкий хруст и тихий писк, девушка и мужчина склонились над гнездом из шали и наблюдали, как крошится скорлупа, и наружу выбирается голое, синюшное нечто, покрытое полупрозрачными зачатками будущего оперения.
Элиас брезгливо скривился, глядя на эту «красоту», и Тами усмехнулась, увидев его лицо.
— Не торопись, повелитель. Это сильный малыш, он будет быстро меняться и ещё удивит тебя.
— Ага… Уже удивил! – буркнул король и вернулся к трапезе, продолжая ворчать: – Прекрасное оперение, редкая красота… чудо!... А вылезло омерзительное нечто, обтянутое синей кожей. Аж аппетит пропал.