Лирис метался по комнате, прикидывая варианты. Противник силён, и справиться быстро не получится, значит, остался лишь один выход: как бы ни был высок риск, но нужно связаться с Тамрией и сообщить, что нельзя везти короля во дворец. Если не удастся очистить разум фаворитки от внушения, то придётся под любым предлогом убрать её из дворца, переживёт Элиас без своей игрушки… Маг поморщился, он не любил жестокости, но понимал, что выдворить девицу можно только скомпрометировав так, чтобы король и смотреть на неё больше не захотел. Скорее всего, после этого позора она уже и замуж не выйдет...
Тяжелый вздох вырвался из старческой груди: “Если бы только дурёха не была так упряма! Но сейчас благополучие баронессы против жизни правителя Ларата, не время бояться замарать руки! А я-то решил, что освободился от таких обязанностей… – Лирис горько усмехнулся и отмахнулся от какого-то насекомого, летающего по комнате. – Ладно, рано поминальные песни петь, может, удастся спасти дурочку!” – маг направился к столу, где лежал мешочек с кристаллом для связи, первым делом надо было предупредить Тамрию.
Что-то больно кольнуло в шею, маг вздрогнул, хлопнул ладонью по назойливой твари. Надо же! Укусил! Откуда комар в это время? Старик посмотрел на свои пальцы и обмер, последней мыслью было: “Тамрия… Не успел!”
Сейтр, отстранённый и вялый, придержал двери, пока двое людей в плащах с капюшонами, закрывающими лица, выносили тело старого мага. Всё происходило в абсолютной тишине. Тот, что выше, взял старика подмышки, а щуплый коротышка подхватил ноги, всё было так слажено, словно заранее отрепетировано много раз! Ни одного лишнего движения, никакой суеты или неуверенности!
Зорн топтался в дальнем конце коридора, следя, чтобы никто посторонний не помешал осуществлению плана. Очкарик нервно дёргал щекой и то теребил пряжку ремня, то порывисто вскидывал руки и поправлял жиденькие волосёнки. Глазки за стёклами очков опасливо бегали по сторонам, и только мысль о будущих прибылях поддерживала в советнике жалкое присутствие духа.
Хорошо, что удалось отговориться и не дать рыжему толстопузу свой экипаж! Видите ли, постороннюю карету не пропустят за ограду дворца, нужна карета советника… Ишь, нашёл дурачка! Сам пусть так подставляется! Если Тамрия что-то пронюхает о похищении, так у него, барона Зорна, будет хоть какой-то шанс убедить короля, что он не участвовал в этом балагане. Сила магов из Идирна по-прежнему не вызывали доверия у второго советника. Он был на одном из испытаний для будущего королевского мага, видел, на что способна та, что сейчас занимает место при правителе Ларата! “Ох, выйдет мне боком моя жадность! – барон трусливо оглянулся вокруг и втянул тощую шею в плечи. – Как я дал себя в это вовлечь?! Словно тьма меня одолела!” Советник так и не понял, что толкнуло его согласиться на план Сейтра. Накануне хотел категорически отказаться, возможность наживы явно не стоила риска потерять голову за измену, и вдруг дал согласие…
Тем временем фигуры в капюшонах исчезли на одной из лестниц, ведущих ко входу для прислуги. Сейтр отправился с ними.
Зорн бросился следом, необходимо было закрыть дверь, пока охрана не очнулась, а потом тихонько вернуться в покои, которые барон занимал, когда совет затягивался за полночь. У каждого советника были свои комнаты во дворце, на всякий случай. В минувший вечер совет засиделся, обсуждали, что делать с посольством из Идирна, как объяснить, что они не знают, где правитель, и не могут с ним связаться? Проклятый старикашка-маг наотрез отказался сообщать королю о послах! А это ведь скандал! В общем, Зорн воспользовался моментом и, сказавшись нездоровым от нервов, заночевал во дворце. Ни у кого не возникло подозрений.
А вот толстяк якобы уехал, но вернулся с незнакомцами, и глаза у него были как пьяные и покрасневшие. Сейтр принёс склянку со странным насекомым, похожим на комара, но крупнее и с беловатым телом, сказал запустить эту пакость в комнату мага, самому-то пузо мешало наклониться к щели под дверью и выпустить тварь. Потом велел постоять на страже у центральной лестницы и запереть чёрный вход, когда похитители покинут дворец, больше указаний не было. Неизвестные маги усыпили охрану, и Зорн был уверен, что фигуры в капюшонах и есть эти самые маги, хотя рыжий ничего такого не говорил и не обращался к ним, словно их и не было. Третий советник двигался, как лунатик, и барон подумал, что толстяк выпил для храбрости, да перестарался с количеством «успокоительного».