Гармония и Психея хихикают, их насмешка явно направлена на повелителя богов, а не на меня. С удовольствием бы к ним присоединилась, но я больше не ведьма без дара. И Деймос будет не рад узнать об этом. Учитывая, в каких мы отношениях, ему не обязательно узнавать об этом сейчас. Когда сообщу ему, он воспримет конец брака как радостную весть. Начинаю обед с завязанным в узел животом. Деймос все больше кажется рыцарем. Принять рабство Зевса, чтобы спасти сестру… только он мог на это пойти.
Жаль, что все, что он испытывает ко мне, – ужас.
– Психея, испытывает ли Эрос ужас, когда Деймос находится рядом с ним?
Мой вопрос удивляет ее, но я слишком разочарована ситуацией, чтобы не попытаться ухватиться за что-нибудь утешительное.
– Должна тебе кое в чем признаться. Деймос наводит ужас на всех.
Мне хочется возразить, что я уже давно привыкла, но воспоминание о вчерашнем дне удерживает от этого.
– Но он никогда не влиял на брата силами или присутствием.
– Тогда почему он убежден, что Эрос влияет на него?
Психея пожимает плечами.
– Не отрицаю, что на вилле всегда царит определенная «атмосфера», но ни Эрос, ни Антерос не тратят время на то, чтобы диктовать поведение другим.
Гармония соглашается с набитым ртом.
Почему тогда Деймос уверен, что его желание ко мне исходит не от него? Потому что не хочет этого чувствовать и слепо перекладывает вину на братьев? Внезапно это суждение кажется правдоподобным. И это еще больше угнетает.
Позади раздаются крики, которые отвлекают нас от тарелок.
– Бахус! Это Бахус!
Дионис, одетый в саронг и тунику без рукавов, направляется к нам, не обращая внимания на крики поклонников.
Взволнованная Психея встает, чтобы обнять его.
– Я была уверена, что Афродита пригласит тебя на сегодняшний вечер!
– Мне не терпится вас очаровать! Элла, моя дорогая ведьма, – приветствует он меня.
Я, в свою очередь, встаю и прижимаю его к себе. Я тоже рада его видеть, он напоминает Гекату, и это утешает. Дионис целует в макушку Гармонию, которая продолжает обед, не поднимая глаз.
Он с удовольствием присоединяется к нам, и я отбрасываю все страхи.
Когда мы возвращаемся на виллу, вторая половина дня подходит к концу. Гости, боги и смертные заполонили террасы, сады и бассейн. Все с энтузиазмом приветствуют Диониса. Он и Психея очень хорошо ладят. В конце концов, мы с Гармонией разошлись, чтобы побродить в уютной тишине. По правде говоря, она цепляет меня, эта хрупкая и немного чудная богиня. Мне почти хочется попросить ее составить компанию на вечер, чтобы я не утонула в этой толпе. Потому что не сомневаюсь, что Деймос сегодня уедет очень далеко.
Поднимаюсь в спальню и обнаруживаю горчичное платье, с запиской, написанной рукой Афродиты: «Для тебя <3». Богиня красоты овладела смайликом-сердечком! Очаровательно! Она выбрала цвет, который мне нравится. Возможно, мне удалось наладить с ней контакт. Заправляю кожаный шнурок под вырез платья, надеваю босоножки и готовлюсь выйти, когда входит Деймос.
Мы сталкиваемся лицом к лицу. А ведь я так старалась избегать его.
– Элла, я должен объяснить, что…
– Нет, – перебиваю его. – Вам не нужно ничего объяснять, вы мне ничего не должны.
Он молчит несколько секунд. Я перешла на «вы», не осознавая этого. После ужасающей сцены в обители Ареса между нами снова возникла пропасть. Деймос кажется мне совершенно незнакомым человеком.
Старательно избегаю его взгляда. Не перестаю думать о том, что сказала Психея. Если ни один из сыновей Афродиты ни на кого не влияет, то все очарование, которое нахожу в Деймосе, исходит не от этого места, а от меня. Меня так сильно тянет к нему без вмешательства Эроса или его матери.
– Что это значит? – хрипло удивляется он.
– Встретившись с Фобосом, я все поняла. Возможно, мы поженились ради мира, Олимпа и процветания ведьм, но истинные причины брака – спасти мою сестру и помочь вашему брату. Я собираюсь вам помочь. Но вам не нужно притворяться заботливым мужем. Мне это не нужно.
– Все не так просто, – нервно возражает он.
– Все так и есть! – восклицаю я. – Я ценю ваши усилия и доброту, но если все, что вы чувствуете ко мне, – ужас, не стоит заставлять себя!
Мое дыхание учащается. Возникает острая потребность оттолкнуть его. Мне нужно защищаться. Я не хочу, чтобы он добрался до меня или засел слишком глубоко в сердце, рискуя причинить еще больше страданий. Поэтому я буду отталкивать его изо всех сил.
– Это совсем не так.
Поднимаю руки и раздраженно их опускаю.
– Ведьмы заставляют вас нервничать с тех пор, как одна из них ударила вас, и я это прекрасно понимаю! Вы выбрали меня, потому что у меня нет сил, но я остаюсь одной из них! – решительно заявляю я.
Перевожу дыхание и пытаюсь успокоиться, в то время как он явно ошеломлен.
– Мы не обязаны продолжать притворяться, – добавляю я.
Глаза наполняются слезами. О, только не это, я не хочу плакать перед ним!
