Луна хорошо освещала землю, и острый эльфийский взор мог различить тени садовых деревьев, кустарники, дома и тропинки, мощённые белым камнем. Однако всё это мало интересовало мужчину. Его взор блуждал в попытке отыскать на земле знакомый силуэт, хотя он прекрасно понимал, что с такого расстояния ни за что не разглядел бы Эльрис.
Тут ему почудилось неясное движение над землёй. Далеко-далеко. Затем снова, но уже выше. А в следующий миг крошечный крылатый силуэт застыл на фоне луны. И в тот же миг слова пророчества сложились в его голове в горькую картину.
Тысячелетия или год.
Время истекло.
Та буря отчаянных чувств, что поднялась в его душе, затопила, словно морской вал.
Впервые за века он ощутил желание плакать, но только опустил взгляд свои на руки, затянутые в черные перчатки. Руки, которых он так и не подал ей.
Альвэйр развернулся, чтобы кинуться обратно к башне, и только тут заметил Кэлеана, смотрящего на него.
- Подумай хорошенько, Альвэйр, прежде чем отправляться за ней следом, - голос мудрого эльфа был серьёзен. – Не мучай её и себя без нужды. Эльрис сумеет забыть тебя, она гораздо сильнее, чем кажется.
- Ты прав, я знаю это, - неожиданно в душе Альвэйра воцарился покой. Штиль, что бывает после шторма. Путь, что открылся ему в эти мгновения, стал ясен и прост.
Когда он думал, что потерял её навсегда.
Когда осознал, что Эльрис жива, но больше не желает быть с ним.
Всё это время эльф ни разу не вспомнил об Олиэ.
Лишь потеряв ту тонкую алую нить, что связывала их. Потеряв право прийти к ней в дом, называть её женой перед другими, он понял, насколько его желание похоронить себя заживо было тщетно.
Она вдохнула в него жизнь давно. Наполнила собой исподволь, невзначай. С каждым её брошенным на него мимолётным взглядом, с каждой лёгкой улыбкой, прикосновением… он терял прежнего себя и обретал себя нового. И теперь, хотя связи меж ними больше не было, он был полон Эльрис. И не мыслил жизни без неё.
Осознавать это сейчас, после того, как он сказал, что никогда не сможет ответить на её чувства, было нелепо.
Кэлеан отступил в сторону, пропуская мужчину ко входу в башню. Альвэйр успел заметить лёгкую улыбку на лице беловолосого, но мысли и сердце его устремились уже к иному.
Шанс ещё есть – он знал это.
Преследователь ещё не вышел на охоту, а значит окончательный выбор не сделан.
И Альвэйр верил - он станет тем, кто пойдёт по её следу… О нём говорило пророчество.
Не зря его имя значит – охотник.
***
Эльрис не удалось улететь настолько далеко, чтобы он потерял её из виду. Она двигалась медленно, рывками, будто птица, только вставшая на крыло. И хотя, чем больше расстояния она оставляла за собой, тем увереннее становилась, мужчине удалось выгадать немного времени, чтобы спешно собрать дорожную сумку, клинок и оседлать коня.
Без привычного доспеха и шлема Альвэйр ощущал себя почти нагим, но он не мог тратить лишнее время на облачение, как и слишком нагружать лошадь – скакуну предстояла долгая и тяжёлая дорога.
Никто не встретился мужчине на пути, кроме молчаливых стражей, хотя единожды эльфу почудилось, будто за деревьями мелькнул силуэт Гарена, но лорд не придал тому значения. Если провидец и приложил руку к происходящему сегодня, с ним он разберётся позднее.
Когда всадник на вороном коне выехал за врата и помчался по серому, ещё не обрётшему краски дня, лугу, Эльрис уже нырнула в лесную чащу и исчезла среди крон деревьев. Ему оставалось лишь молиться, чтобы девушка не угодила в одну из пограничных ловушек и не попалась на глаза стрелкам - ни своим, ни чужим.
Стражи границы заметили эльфа издали. Если они и были удивлены внезапному появлению лорда, то виду не подали. Все они были из Дома вереска, а потому следовали воле Альвэйра беспрекословно.
Мужчина велел им позаботиться о своём коне, а сам, задав пару вопросов, двинулся в глубь леса.
Альвэйр не был магом, но всякий эльф куда больше связан с природой, чем люди. Из шелеста листвы, стрёкота кузнечиков и трелей птиц можно узнать порой больше, чем из уст разведчика. К тому же мужчина провёл в Эдринском лесу века, защищая границу от людей, и неплохо знал здешние места. Он надеялся, что сумеет без труда разыскать след девушки и найдёт её до того, как она достигнет зелёного столпа дикой магии.
Расчёт эльфа не был беспочвенным. Чтобы добраться до разлома, понадобится не меньше недели. К тому же Эльрис не сможет лететь всё время, во что бы ни превратила её дикая магия. В лесной чаще деревья и лозы диких растений порой сплетаются в такую густую крону, что проще пройти своим шагом. Альвэйр надеялся, что и отдых девушке, пусть и переполненной волшебством, всё же необходим. А значит он сумеет её нагнать.
Убедившись, что ушёл достаточно далеко от эльфийского лагеря, воин припал к земле и закрыл глаза. Как и всегда в такие минуты, поначалу он различил лишь обыденные лесные звуки - шелест травы на ветру, звук лапок насекомых, перебирающих лепестки лесных цветов в поисках нектара, щебетание певчих птиц… Но вот его сознание провалилось глубже, и восприятие обострилось до предела.
