Ведьма и эльф полностью

Рива протягивает мне гребень, и я забираю его, чтобы убрать в красивую расписную шкатулку. Зачем-то задаю вопрос:

- Почему ты назвала меня Эльрис?

- В честь цветка.

- Правда? – я радуюсь, что у моего имени есть особый смысл. Настолько, что забываю спросить, какой именно цветок имеет в виду мать.

Рива смотрит на меня с улыбкой. Но сейчас, во сне, мне видится то, чего я не замечала тогда, четырнадцать лет назад. Мстительный блеск предвкушения в её глазах.

Смутное чувство тревоги охватывает меня, но лихорадка вновь накрывает с головой, и я проваливаюсь в беспамятство.

Иногда мне кажется, будто я лежу в каюте на корабле, а за деревянными, просмоленными стенами, бушует ураган. Меня качает из стороны в стороны, тошнота подступает к горлу, и голова звенит с такой силой, что кажется сейчас взорвётся. Пальцы сжимают простынь, но я не могу проснуться и спастись от этой качки.

Она терзает меня, пока я не погружаюсь в новый сон.

Листва высоких деревьев над головой. Ветер шумит в кроне, а пальцы моих ног, что сейчас больше похожи на когти птицы, сжимают ветвь дерева. Запахи, каких раньше я не ведала, наполняют ноздри, звуки леса, словно музыка, для моих ушей.

Но слово, что повторяет из раза в раз эльф, стоящий под деревом, не даёт мне насладиться всеми красками леса.

- Эльрис.

- Эльрис.

- Эльрис.

Ах, почему он не замолчит?

Я открываю глаза и хочу перехватить руку, что вытирает моё лицо, но с трудом могу пошевелить единым пальцем. Предрассветный воздух холодит обнажённую кожу. Но меня не смущает нагота, пусть рядом со мной на постели и сидит сам Альвэйр.

Мне хочется заплакать от радости.

Я жива.

- Вы живы, - вторит моим мыслям негромкий голос. Мне чудится сочувствие в непроницаемых чёрных глазах. Но разум слишком затуманен жаром и болью, чтобы можно было сказать наверняка.

Чужие пальцы исчезают. Невесомая простынь накрывает моё тело, и сильные руки подтягивают его выше на подушку.

- Выпейте, - бледные пальцы, которые мне так редко удаётся увидеть без перчаток, сжимают глиняную чашу. Осторожно Альвэйр подносит её край к моим губам и даёт мне сделать несколько глотков.

После этого он уходит, а я почти сразу проваливаюсь в темноту.

***

В следующий раз я просыпаюсь в одиночестве. Хотя смутно припоминаю, что сквозь сон слышала разговор Альвэйра и Кэлеана.

Они стояли возле кровати, и их негромкие голоса вторгались в тёмную пустоту. Я не сумела проснуться, чтобы уловить разговор полностью, но кусочек остался в памяти.

- … как ты узнал?

- Ты забыл, что я жрец? Я соединил нити ваших жизней вместе. И раз уж вы оба мне не безразличны, то решил пока приглядеть за ними. Я сразу узнаю, если что-то с вами будет не в порядке.

Альвэйр усмехнулся.

Бодрствую и в этот раз не долго, хотя жар спал, но слабость всё ещё столь велика, что я быстро засыпаю вновь.

***

Новое пробуждение случается уже ночью. Сквозь узкие бойницы окон я вижу кусочек звёздного неба и темнеющую громаду горного массива. Почему-то приходит ощущение, что мы высоко над землёй, в одном из диковинных замков.

Неужели Кэлеан забрал меня к себе? Но будь так, Альвэйр не стал бы ухаживать за мной лично.

Даже в глубоком беспамятстве мне чудилось его присутствие. Чуткие руки, укрывающие меня одеялом, тихий голос и нечаянное прикосновение шелковистых прядей волос к коже.

Глубокая беспросветная тьма, затаившаяся рядом.

Но во тьме этой больше не было пустоты, поглощающей все краски жизни. Она наполнилась чем-то, как ночь наполняется звуками одной ей ведомой жизни, запахом зверя и трав, предчувствием грозы и дуновением ветра. Опасная, но больше не мёртвая мгла.

Откуда пришло это чувство-знание, я не знала. Магия моя молчала – во мне было едва сил, чтобы держаться в живых, о колдовстве не могло быть и речи. Шевеление дикой магии я едва чувствовала, а ментальная магия и вовсе пропала.

Тихий скрип двери прервал мои размышления. Сквозь полупрозрачной полог кровати я заметила знакомый силуэт.