– Ты ведь ходил куда-то вчера…
– Да, я гулял перед сном, – я пытался всеми силами не выдать что следил за ней, пытаясь узнать куда ходит она, но во мне пульсировала тревога.
– Смотри осторожно, не заблудись – сказала она, подмигнув мне и пошла в свою комнату, а я так и остался стоять…
– И вы не пытались больше ничего выяснить? – спросила Инга уже прямо.
– Вы не понимаете… Я был там, как во сне, когда ты бежишь, но стоишь на месте, или хочешь кричать, но слышишь лишь собственный шепот.
У меня несколько раз было желание поговорить с ней жестко и конкретно, но как только я видел ее, моя уверенность стиралась как мел с доски, и я просто принимал жалкие попытки что-то выяснить. К тому же это все было в купе с усталостью и страхом за свое психическое здоровье. Я не мог в то время поверить, что причина моих состояний она… Более того на тот момент я даже не уверен, что видел ее уходящий в лес. Возможно, она мне мухоморов в еду подсыпала…
На этом их прошлая беседа подошла к концу, Инге было над чем подумать. Рефлексия Филиппа была адекватной и высокой, выше среднего, то есть он понимал, как его истории смотрятся со стороны. Но, что-то было не так… и Инга поймала себя на мысли, что она, как наверно и Филипп, тоже боится услышать правду… Вдруг, он преступник, который убил человека и сидел в тюрьме все это время, а потом придумав историю, чтобы забыть негативный этап своей жизни – при этих мыслях Инга решила, что ей пора прерывать сеанс, так как это попахивало бредом уже с ее стороны.
В тот раз Инга перестраховалась и сняла на видео их сеанс, без согласия Филиппа, разумеется, она сделала это по двум причинам: во первых, обезопасить себя, а во вторых, она хотела проконсультироваться со знакомым психиатром (и хотя по всем канонам она конечно же нарушала кодекс чести и этику поведения психолога, она знала, что это останется между ней и Артуром Всеволодовичем, ее знакомым психиатром, у которого когда-то давно она проходила тренинги и с которым установила хорошие коллегиальные, почти дружеские отношения).
