Стоя на коленях перед ящиком, я услышала шум. Это могли быть только шаги в коридоре: кто-то подходил к двери. Продолжая стоять на коленях, я посмотрела на дверь. Сердце мое сильно забилось, когда щеколда поднялась, и дверь стала бесшумно и медленно открываться. На пороге комнаты стояла мачеха.
В ней всегда было что-то таинственное; я знала, что слуги боялись ее, и в этот момент я тоже ее боялась. Казалось, прошла вечность, но она молчала только несколько секунд. Что же меня так испугало в этот момент? Вдруг я поняла, что на ее лице не дрожал ни один мускул, выражение не менялось. Когда она улыбалась, уголки губ чуть-чуть приподнимались - и все. Я вдруг почувствовала, что возле меня стояло воплощение зла. То же самое, вероятно, чувствовали и слуги. Но кто мог сказать, потому ли это, что она имела репутацию ведьмы или действительно в ней было что-то сатанинское?
Губы ее чуть заметно двигались на неподвижном лице.
- Разбираешь вещи матери?
Мария вошла в комнату, дверь за ней закрылась. Я почувствовала желание броситься вон из комнаты. В моем сознании отчетливо промелькнула мысль, что я ведь оказалась с ней.., наедине.
- Ну.., да, - сказала я. - Все эти годы вещи лежали здесь.
- Нашла ты, что.., искала?
- Здесь только ее одежда. Я встала.
- И ничего больше? - спросила она.
- Ничего, - ответила я.
Она подняла туфлю на высоком каблуке с круглым носком.
- Ужасная мода! - произнесла она. - Сейчас она лучше, правда? Посмотри на этот плоеный жесткий воротник. Кружево великолепное, но фасон ужасный, ты так не думаешь? Хорошо, что он уже вышел из моды, хотя в нем было одно достоинство: он заставлял женщин высоко держать голову.
Я подобрала вещи и положила их обратно в ящик.
- Ты хочешь, чтобы они остались здесь? - спросила она.
- Я не знаю, что можно сделать с ними.
- А я думала, что ты специально для чего-то собрала их. Может быть, отдать их служанкам? Но даже они теперь стремятся придерживаться моды.
Положив обратно в ящик все вещи, я закрыла крышку, и она опять превратилась в сиденье.
- Неплохая комната, - сказала Мария. - Нужно ею пользоваться. Но, может быть, ты считаешь, раз это была комната твоей матери...
- Да, я хотела бы оставить здесь все, как есть.
- Пусть так и будет, - сказала она и вышла. Интересно, поняла ли она, в каком напряжении я была?
Я пошла в свою спальню и была рада, что Сенары там нет. Через некоторое время я почувствовала себя лучше, а потом задала себе вопрос: "Что на меня нашло? Почему я была выведена из равновесия? Только ли потому, что мачеха застала меня за осмотром ящика?"
Дженнет все выболтала. Бедная Дженнет, она не смогла удержаться.
- Твоя мать всегда что-то писала, - сказала Сенара. - Каждый день в какой-то тетради. Ты знала об этом?
- Дженнет сказала мне на днях. Она и тебе об этом говорила?
- Нет, Мэри сказала, что она рассказывала об этом на кухне. Все это звучало довольно таинственно.
- Почему то, что она вела дневник, должно казаться таинственным? Многие так делают.
- Очевидно, она его спрятала? Тогда где он? Ты нашла его? Думаю, что нашла.
- Нет, не нашла.
Сенара пристально посмотрела на меня:
- Если бы он у тебя был, ты бы прочитала его? Я молчала, а она продолжала:
- Люди записывают в дневники свои тайные мысли. Если бы она хотела, чтобы ты прочитала его, она бы тебе показала его, да?
Я молчала. Я думала о том, зачем Дженнет разболтала о том, что мама что-то записывала каждый день, но, беспокоясь, чтобы никто не видел написанного, прятала свои записи.
Я вспомнила о дневнике, который вела, когда была ребенком. В нем я записывала фразы вроде "Сегодня шел дождь", "К отцу в замок приезжали гости", "Сегодня жарко" и так далее, только в Рождество добавлялось еще описание праздников. Такой дневник не надо было прятать.
Потом перед мысленным взором возникла мама, что-то украдкой пишущая. Вот она встала, ища место, где бы спрятать бумаги, чтобы никто в замке не прочел их.
А Сенара все говорила:
- Она была какая-то странная, не правда ли?..
Перед самой смертью?
- Что ты имеешь в виду?.. Странная?
- Ты каждую ночь уходила к ней спать, почему?
- Просто мне хотелось.
- Нет, ты играла в маму. Тебе всегда нравилось, когда за кем-то надо ухаживать: собачки, птички и все такое. Ты помнишь, как принесла домой чайку со сломанной ногой? Другие чайки заклевали ее до смерти, а ты нашла ее на берегу. Она так пронзительно кричала! Я помню, как ты принесла ее домой и выхаживала, но это не привело ни к чему хорошему, все равно она умерла во дворе. "Опять мисс Тамсин нашла себе заботу", - говорили слуги. А как ты хлопочешь над павлинами в Лайон-корте? Значит, ты ходила ухаживать за матерью, зачем? Ты была бы там в ту ночь, когда она умерла, если бы я не заболела. О, Тамсин, ты меня винишь в этом?
- Не глупи, конечно, нет!
- Я тогда слишком много выпила вина. Это было ужасно, никогда не забуду этого ощущения и никогда не повторю. Но интересно, почему твоя мама прятала дневник? Вот будет здорово, если мы найдем его!
И тут я поняла, что мачеха знала, что я искала, когда увидела меня у сундука.
***
