— Разве я так делаю? — уставилась на нее Валя в недоумении. Второй сырник застыл на полпути к губам.
— Очень тихо, — ободряюще хмыкнула Ольга, — я конечно не так суперски слышу как ты нюхаешь. И не так как Андрюха последние дни…
— Стоп, что?!
— Блин, у меня как-то из головы вылетело. Я и не подумала, что ты можешь этого не знать, — Ольга выглядела виновато. — Он мне сказал еще по дороге из города. Вы с Юрцом шли по кладбищу. А он мне пересказывал ваш диалог. Ну я и вклинилась между вам тогда. С монетками своими…
— Ясно, — просто ответила Валя, раскручивая миниатюрным водоворотом кофе на дне чашки.
Хлопнула входная дверь. Юрий и Семенов стояли на пороге гостиной взвинченные.
— Уличную обувь снять, — бесстрастно приказала Ольга.
На удивление, мужчины послушно ушли и вернулись в тапках. Никто не сказал слова, даже хозяин дома. Мимоходом Валя заметила, что белый ковер перед диваном, который она ночью уделала кладбищенской землей, девственно чист.
Юрий и Семенов сели за стол, все пили кофе как ни в чем не бывало. Наконец Семенов сообщил:
— Валя, раз Гелла не может говорить, нам не возбраняется задать вопросы другому покойнику.
Валя подавилась остатками кофе.
— Так вот, — продолжил Старший Страж, не обращая внимания, — где похоронен ваш с Андреем отец?
— В городе, — тихо ответила Валя.
Ольга бесшумно забрала со стола Валину кружку-конус и также бесшумно вернула — снова полную кофе. Теперь со дна кружки пахло чем-то другим. Полынь.
— Значит едем в город, — бодро объявил Семенов, — Юрий Константинович, позвоните старосте группы и сообщите, что завтра библиотечный день. На занятия к студентам вы раньше среды по моим прикидкам не попадете.
Пока Валя спешно собирала в дорожную сумку все из вещей прабабушки Геллы, на что навязчиво упадет взгляд (свечки, бумажки, пузырьки с настойками), серый форд Семенова ждал за воротами. Прихватив напоследок чистое белье и зубную щетку, Валя заперла дом и выскочила со двора.
— Мне надо к прабабушкиной могиле. На несколько минут. Одной, — сообщила она пробираясь на задняя сидение, между Юрием и дремлющем Андреем.
Семенов согласно кивнул, и форд зашуршал колесами о гравийную насыпь.
На кладбище Валя несколько секунд смотрела в пустые глаза Каменного Ангела. Затем влезла на постамент. С шеи скульптуры она что-то сняла и спешно спрятала в карман.
Затем спрыгнула на землю, опустилась на корточки и начала шарить в мокрой после дождя земле. Валя знала: у всех четверых в машине великолепный слух, так что надо действовать быстро и тихо.
Укутав себя деликатным куполом защиты, который по ее расчетам должен был лишь приглушить звуки и ничем больше не выдать своего существования, она раскрыла прабабушкин гримуар и очень осторожно, одну за другой вырвала последние четыре страницы. Книга подтянула обрывки сама. Теперь все выглядело так, будто текст здесь всегда и заканчивался. Даже сам собой проступил символ, обозначающий “финал”.
Валя скомкала страницы и вложила в руку Ангела. Может ей показалось, но бумага хрустнув будто углубилась в сжатую каменную кисть.
Валя отряхнула гримуар от земли, спрятала под куртку и поспешила к воротам, у которых ждал форд Старшего Стража.
Когда через полтора часа пути Семенов съехал с трассы, Андрей все еще спал.
Кафетерий на заправке пустовал. Семенов купил Ольге двойной бургер. Остальные взяли только кофе и обошлись маленькими сэндвичами. Валя, Ольга и Юрий уже сидели за столиком, а Старший Страж задержался побеседовать с явно скучающим молодым крепким пареньком в униформе сотрудника заправки.
— Я и раньше пониженным аппетитом не отличалась, — вздохнула Ольга, переводя дыхание после сметенного за минуту бургера, — а теперь вообще труба.
— Это временно, пока адаптируешься, — предположила Валя. Прозвучало неубедительно. Сама она успела только один раз откусить от своего сэндвича.
— Вряд ли, — скептически прищурилась Ольга, явно прикладывая усилия, чтобы не буравить взглядом Валин надкушенный сэндвич.
Валя как будто начала привыкать, что все в ее жизни стремительно меняется. И последние несколько дней радикально отличаются от всей предыдущей жизни.
— Хочу еще, — с каким-то тоскливым надломом в голосе призналась Ольга.
Семенов как раз возвращался к столу после тихого разговора с работником кафетерия. Не доходя пары шагов до столика, он развернулся на пятках на сто восемьдесят градусов и направился к стойке. Взять Ольге что-то еще.
— О чем он там болтал с пареньком? — тихонько спросила Валя у Юрия.
— Он тоже Страж, — пожал плечами Юрий, — хоть и не совсем из наших. У него другой Старший. Но они дружественны нам.
— А я не поняла, что он тоже… — смешалась Валя, — слушайте, когда Андрей вчера начал вопить, Семенов сказал, что он через “ведьмин-глаз” смотрит. Это что вообще значит?
— Хэзэ, я пока не особо разбираюсь, — быстро ответила Ольга, она не изменила выражение лица. Казалось, то что близкий друг вчера начал истошно орать, посмотрев на нее, никак ее не задевало.
Юрий поморщился, но все-таки ответил:
