Валя интуитивно поднесла указательный палец к губам брата и едва касаясь провела в воздухе вертикальную черту. Андрей остановился, писк угас в его горле.
Семенов медленно и осторожно отнял ладонь от глаз Андрея.
– Ольга и Юрий – Стражи, – ровным тоном отчеканил Семенов, – я – Михаил – Старший Страж. Твоя сестра – Валя – ведьма. С этим нет никакого недопонимания?
Андрей отрицательно мотнул головой, держась за горло. Вид у него был потерянный и страдальческий. Во взгляде сквозил вопрос.
– Ну спрашивай, – разрешил Семенов.
– А… Кто из них моя сестра?.. – голос был слабый и прерывистый.
Вале защемило сердце. Ноги стали ватными, и она соскользнула на колени. Прямо на белый ковер перед диваном. Утопая в роскошном длинном ворсе своими измазанными кладбищенской землей джинсами.
Юрий подхватил Валю, увел в обратно к накрытому столу и молча прижал к себе. Ее плечи тут же начали трястись. Она разозлилась на себя: почему она постоянно рыдает? С тех пор как приехала в этот поселок только и делает, что ревёт! А ведь до этого – почти полгода ни единой слезинки.
– Она сестра, – тем временем спокойно поддержала разговор Ольга, – а я Страж. Мы с тобой друзья. Мы вместе учимся. На врачей. Андрюшенька, а ты что последнее помнишь?..
Через полчаса Андрея умыли, накормили и уложили спать.
А Валя впервые за несколько дней снова закурила.
Четверо расположились в плетеных креслах на просторной открытой террасе с видом на сад. И молча смотрели на подсвеченных садовых гномов и безвкусный аляпистый фонтан с волком и красной шапочкой. Дождь падал редкими каплями и никого особо не беспокоил.
Первой осторожно заговорила Ольга:
– Ну может к завтрашнему утру еще пару лет вспомнит… А это уже будет первый курс.
– Вспомнит-вспомнит, – устало подтвердил Семенов, – даже больше. Но кое-какие лакуны останутся. Готов поспорить, кто был с ним на кладбище и кто увел кулон – он не сможет вспомнить.
– Может и не было никого, – вступила в разговор Валя, выпуская изо рта клубы вишневого дыма и затягиваясь снова.
– Рассмотрим и эту версию, – пообещал Семенов.
– Прабабушка намекнула, что есть правила. И она не сказала, был ли кто-то еще…
– А вот это интересно, – Семенов вскочил на ноги и начал нервно расхаживать по террасе. Как зверь. Глаза его загорелись, – на кого наложен запрет, чье имя Гелла не может назвать… Таких не так уж много. Это сужает круг. Ну и самого Андрея она конечно ни в чем обвинить не может. Он же тоже ее наследник.
Какая-то мысль терзала Валю. Она была как невнятная точка на радаре. Вроде близко. Но не ухватиться. Валя погасила сигарету в выданной ей металлической пепельнице в форме серой лапы.
Пережить бы оставшееся до девятидневного срока время. Вале казалось, что если они просто просидят вот таким же составом в этом самом доме пять дней – проблема будет решена.
Но уже на рассвете стало ясно – так легко ей не отделаться.
Валя спала плохо. В чужом доме ей было некомфортно, но остаться одной в своем и бросить брата здесь она не могла.
Каждый час она приоткрывала глаза. Ей не хватало воздуха, подушка была неудобной, одеяло сбивалось. А главное – леденели ноги. Так что она обвивала Юрия всем телом, и становилось ненадолго легче. Она согревалась. Но воздух опять заканчивался.
Утром она была разбита. Яркое солнце светило в панорамные окна кухни-гостиной. На стеклах подсыхали капли прошедшего перед рассветом очередного дождя. Андрей еще дремал на диване. Юрий с Семеновым полчаса назад куда-то ушли, ничего толком не объяснив.
Крепкий черный кофе с тремя ложками сахара заставил Валю очнуться буквально с первого глотка.
Валя удивленно уставилась на чужую белоснежную чашку. Фарфоровое жерло воронкой расширялось кверху. Толща кофе забивала какой-то побочный запах. Буквально капелька. На самом дне. Что-то хвойное и цитрусовое.
– Там стимулирующий бальзам, – крикнула из кухни Ольга, – я даже не капала! Буквально обмакнула кисточку и коснулась дна.
Голос подруги приближался. А шагов было почти не разобрать.
– Так что глаз лопнуть не должен, – радостно договорила Ольга, ставя перед Валей большую миску мелких дымящихся сырников.
– Юрий ходит громче вас с Семеновым. – просто сказала Валя. Ольга уселась за стол напротив Вали и внимательно посмотрела подруге в глаза.
– Я еще не очень научилась, – махнула она рукой и весело улыбнулась. Играть в гляделки Ольга явно не была настроена, – а Юрец специально громко топает. И дышит десять-двенадцать раз в минуту. Думаю, что это для тебя. Я тоже постараюсь.
В свою чашку Ольга от души бахнула жирных сливок. Шлепок белоснежной массы заставил кофе окропить скатерть. Рыжее на белом. Хоть что-то в Ольге оставалось знакомым и понятным.
Валя улыбнулась и потянулась за сырником.
– А как ты узнала, что я почувствовала в кофе посторонний запах? – спросила Валя, прожевав первый сырник.
– Я… – Ольга на секунду задумалась, а потом коротко хохотнув продолжила, – я услышала как ты делаешь первый глоток! С соответствующим хлюпающим звуком. Как будто бабка с блюдечка чай засасывает.
