— Чтобы кто-то укусил меня за задницу? Ты только посмотри какие там заросли! — спрашиваю возмущённое, рукой показывая в сторону высокой травы возле дома. — Вдруг там клещи? Я же не могу знать, как это тело реагирует на такое! Веди меня на полянку какую-нибудь! Ну это совсем уже, кошак! Здесь же нет развитой медицины, а у меня организм слабый, я не переживу клеща! — прохныкала я, окидывая своим презрительным взглядом неухоженный дом. — И как ты вообще предлагаешь жить в таком месте? Думаешь, меня не сгрызут мыши, когда мы ляжем спать?
— Кто-нибудь тебя за язык точно укусит. — ядовито выплюнул Эдик, но всё же махнул своим хвостом, приглашая следовать за ним. — Только явилась, а уже всё не устраивает. Будь проще, пока выбора нет.
— А кого устроит такое?!
Я пошла за чёрным котом в глубь леса, стараясь не прикасаться икрами к высокой траве. Не хотелось бы принести в дом клещей или ещё каких-нибудь паразитов, кот не в счёт. Я держалась за хвост фамильяра, чтобы не потеряться во тьме. Совершенно ничего не видно, лишь темнота, что таила в себе секреты незнакомого леса. Эдгар, который в моих глазах был Эдиком, выглядел довольно большим котиком, он почти доставал мне до колен. Спустя пару минут ходьбы по вытоптанной тропинке, по которой меня вёл кот, мы наконец-то выбрались на почти открытую местность с невысокой травой.
Я замерла, глядя на красоту ночного леса. Тонкие просветы яркой луны осветили пространство, открывая мне вид на поляну с дикими ромашками. Как же прекрасно это зрелище, оно словно нереально, волшебно. Я прошлась обнажёнными ступнями по холодной траве, ведь котяра не дал мне обувь, а сама я хотела лишь по зову природы, да и злить его очередной просьбой не стоило. Ноги тонут в белоснежных лепестках ромашек, отчего я потрясённо оборачиваюсь к коту, который не сводил с меня своих ярких глаз. Они сияли в темноте, завораживали.
— Я не буду это делать в таком красивом месте. — выдыхаю едва слышное, отчего кот протяжно замявчал. — Это неправильно.
— Да сходи ты уже в туалет и не нервируй! Сколько можно?!
— Грубиян. — вырывается оскорблённое. — Не подслушивай и отвернись! Я скажу, когда можно оборачиваться. Сама приду.
Кот ничего не ответил, ударив себя лапой по лбу. Деликатно отвернулся. Краем глаза замечаю недалеко стоящий дуб и стремительно бегу в его сторону. Щеки горят от стыда, но мне очень надо!
— Ты куда побежала? — раздался удивлённый голос фамильяра, который послушно не обернулся в мою сторону, видимо услышав шум бега за спиной.
— Метить территорию! — гаркаю я, зло пыхтя. — За дуб, чтобы ты не подглядывал!
Эдик ничего не ответил, молча прижал уши к голове. Я добежала к дереву, оглянулась пару раз во избежание неловких встреч в ночном лесу и шустро сделала свои дела. Как же это унизительно, но как же легко на душе стало! Я не могу! Лицо горит от смущения, я трущимися руками натягиваю на себя шорты и сломя голову бегу в сторону чёрного пятна, ловко тормозя рядом с фамильяром. Позор!
— С облегчением. — внезапно оживился котяра, отчего я прикрыла лицо руками.
Стыд какой! Ну зачем он так со мной?! Зачем напоминает об этом позоре?! Мне двадцать три года, я из благополучной семьи известного бизнесмена, нахожусь на высокой должности помощника по управлению компании, отливаю в кустах не пойми где! Стыдобища!
— Молчи! — чуть ли не зарыдала я, едва ли сдерживая стыдливые слёзы.
Он смущённо замолк, обеспокоенно всмотрелся в моё красное лицо и громко вздохнул, понимая, что перегибает палку. Пару слезинок всё же скатились по щеке, отчего я поспешно смахнула их с горящего лица. От этого позора мне никогда не отмыться, а ведь нам ещё предстоит завтра купаться в речке, голова то у меня грязнится быстро. Эдик замахал хвостом, дабы я взялась за него и медленно, позволяя мне насладиться ромашками подольше, направился туда, откуда мы пришли. Он вдруг остановился, отчего я врезалась в его тушку, скривившись.
— Не смей шутить про меня. — шиплю змеей на кота.
— Кто здесь? — грозный тон фамильяра заставил меня испуганно замереть.
Чего?! Здесь кто-то был?!
Щеки сейчас расплавятся от чертового стыда, мне кажется, что я обрела цвет спелого томата. Я мгновенно оглянулась по сторонам, испуганно хватая кота за длинный хвост. Как-то рефлекторно цепляюсь за фамильяра, на инстинктивном уровне ища в нём защиты от незваного гостя. Эдгар громко зашипел от боли, когда рука сдавила слишком сильно, отчего я сразу же убрала свою ладонь, пряча за спину. В темноте совершенно не видно чужих очертаний, но самое пугающее то, что я знаю, что тьма скрывает в своих объятьях неизвестное. На первый взгляд никого, даже шороха не слышно. Тот, к кому был направлен вопрос фамильяра, не издал ни звука, отчего я тяжело сглотнула, мигом словив напряжение животного. Воздух между нами накалился в одно мгновение. Резкий порыв ветра вызвал в теле физическую дрожь, отчего я рефлекторно шагнула в другую сторону, оставляя фамильяра. Чёрный кот внезапно повернул голову в сторону дуба, отчего я с трудом сдержала испуганный писк. Так близко?!
