Слава богу, сотрудники местной тайной полиции пошли навстречу, подогнали джип к самому трапу, когда самолет приземлился в Горно-Алтайске.
Потом все утро гнали, сменяя друг друга, по Бийскому тракту.
И, слава богу, успели.
Вежнев с Андрияновой переглянулись, и тот сделал ей знак: типа, начинай.
– Мы знаем ваши предыдущие дела, – ответствовала старлей Андриянова. – Вы ведь все трое, Петренко, Данилов, Кононова, – по сути, первые в мире путешественники во времени. Вы в две тысячи шестнадцатом году использовали сыворотку профессора Рябчинского. Благодаря ей переселялись в тела ваших предков – то есть фактически отправлялись в прошлое. И пытались его, прошлое, переменить. Ничего, правда, не добились, никак судьбу страны и мира не изменили.
– Но доказали, – подхватил красавчик Вежнев, оттирая платочком грязь со своей идеальной щеки, – что сыворотка профессора Рябчинского, она же тайм-серум, работает. И путешествия во времени возможны. Да, вы на троих израсходовали все три имевшиеся у вас пробирки с тремя порциями тайм-серума. Но кто-то где-то мог ведь наработать новый запас.
– Вы путешествовали в прошлое, – добавила Люба, – и мы двое тоже. Мы из будущего.
– И из какого вы времени? – тихо вопросил Данилов.
– Позвольте мне не отвечать на этот вопрос, – молвил Вежнев. – Скажем так: из не очень далекого.
– А какое у вас задание?
– И на это мы тоже отвечать не будем. Скажу лишь, что миссий у нас несколько.
– А при чем здесь мы? – воскликнула Варя. – Наша семья?
Вежнев и Андриянова переглянусь. Красавчик сказал:
– Для нас представляется важным сохранить жизнь и здоровье Арсения Алексеевича Данилова.
– Господи… – тихо прошептала Варя.
По ее лицу в мгновение пронеслась целая буря чувств: и материнская гордость, и страх за сына, и безбрежная любовь к нему, и осознание собственной малости и незначительности.
– Чем же он будет так полезен? – тихо проговорил Данилов.
– Этого мы тоже сказать никак не можем, – безапелляционно отрезала Андриянова.
– Но должны признаться, – подхватил Вежнев, – что похищение в позапрошлый понедельник вашего сыночка – наших с Любовью рук дело.
– Им даже удалось, – перебил полковник, – подделать электронный журнал о том, что они в тот день приходили на службу. Поэтому я, хоть и подозревал обоих, выяснив, что оба якобы находились весь день в штаб-квартире комиссии, скрепя сердце исключил их из списка…
– Да как вы вообще могли, товарищ полковник, – обратилась Кононова к Петренко со смесью удивления и негодования, – не разглядеть этих людей? Да еще сразу двоих? Не проверить, не распознать? И завербовать их в святая святых? В нашу сверхсекретную комиссию?
– Товарищ полковник вербовал и принимал на службу полтора года назад, – перебила Люба, – совсем других,
– Да, мы должны извиниться перед вами, уважаемые товарищи родители Арсения, – продолжил капитан, – что во имя безопасности мальчика мы установили в его затылочной кости «маячок», сообщающий нам о его местоположении и состоянии здоровья. Как видите, нам это сильно помогло сегодня.
– Стервецы! – в сердцах выдохнула Варя.
– Простите нас еще раз, Варвара Игоревна! – покаянным тоном проговорила Андриянова. Однако жестко добавила: – Подобная операция оказалась тем более необходима из-за того, что угроза мальчику, возможно, исходит из его же семьи.
– Что это значит? – нахмурился Данилов.
– Вспомни свой сон, – отрезала Люба.
Данилов глубоко вздохнул, а Андриянова продолжила:
– Будущее, как вы сами знаете, не единожды застывшая матрица. Из прошлого мы можем на него влиять. Но одна из вероятностей – гибель мальчика в автомобильной катастрофе, когда за рулем будешь ты, Алексей, – существовала. Мы с тобой ее видели и, надеюсь, теперь, совместными усилиями, ее избежим.
Криминальная и дорожная полиция прибыла на место происшествия, вызванная службой охраны туристического комплекса «Казарлыцкие курганы». Все-таки имело место ДТП – джип протаранил ворота комплекса, а потом случилась стрельба.
Однако три удостоверения сотрудников тайной полиции, на имя полковника, капитана и старшего лейтенанта, сыграли свою роль.
