— И где ты был? Почему не помогал? Что ты за фамильяр то такой бесполезный, а?! — В сердцах сказала ему и поставила на пол.
Пора одеваться и собираться. Будем дальше стараться держать дистанцию, хоть должна признаться себе, Дерэнт мне нравился внешне и привлекал. Его сила манила, заставляла подчиниться, но характер мерзкий, а его поступки пугали до дрожи в коленках. Этот мужчина явно не умеет любить и добивается своего грубостью. Не спорю, сбежать хочется, но далеко ли я убегу? Да и куда? Интуиция подсказывает, что будет только хуже.
За мыслями я собралась, заплела косу и покинула комнату, направляясь в кабинет с четким решением поговорить и попробовать договориться.
Стоило мне мне подойти к двери и занести кулак над ней, я растерялась. Моя уверенность пошатнулась, стало страшно, что сейчас все снова пойдет не так.
— Заходи, Анита. Я не кусаюсь.
Дверь отворилась. Зейн сидел за столом и писал что-то в блокнот. Стоял полумрак, пахло мятой и ванилью. В кабинете был идеальный порядок — каждая книжка, ручка, чашка стояли на своих местах. Набрав в грудь побольше воздуха, решилась — Дерэнт, между нами произошло недопонимание. Возможно, ты не правильно меня понял. Предлагаю чисто деловые отношения, для дальнейшего мирного сотрудничества.
— Вот так? С порога сразу? Да ты отважная. Что ж, я понял, что спать пока со мной ты не будешь. Настаивать я не буду больше, сама прибежишь. Это все? Теперь слушай внимательно.
Я лишь открыла и закрыла рот. Злилась, как же я злилась. Может снова лопатой ввалить? Невыносимый демон. — И так. Когда я работаю ты молчишь, не лезешь и не отвлекаешь. Прошу — сразу делаешь то, что было велено. Нос свой не суешь, с трупами не разговариваешь, вещи никакие руками не трогаешь. Перчатки и плащ — обязательно. В доме в закрытые двери не совать нос. В город только в моем сопровождении, а у поместья гуляй на здоровье, но в псарню ни ногой, с работниками не контактировать. Никого не приводить в мой дом. Если что нужно обращаться к кухарке Люзи или экономисту Томасу. Рабочие часы с восьми вечера до пяти утра. Все ясно?
— Темница приятнее будет, с такими то правилами. — Хмуро ответила.
— С этим не посмотришь, там просто зона отдыха. Через два часа жду внизу. Плащ с перчатками найдешь в шкафу, сама одежда удобная, не сковывающая движений.
Ну и ладно, ну и хорошо. Два часа значит, так. Пойдем знакомиться с кухаркой и местной кухней. Да и привила обычные, чего только страху наводил?
Я себе многое фантазировала, связанное с тем, что мне предстоит делать, но реальность превзошла все ожидания. Мало того, что выглядела я как пугало, так как плащ оказался раза в два больше меня, так еще и по болотам хлюпала в своих любимых ботинках, бывших, один уже пал в бою с трясиной и был там похоронен. Дерэнт лишь тяжело вздохнул, не забыв сказать, какая я проблемная и невнимательная, но таки выделил мне из своего арсенала резиновые сапоги, естественно, огромные. Так я и шла, ну как шла, шмыгала, еле переставляя сырые и вонючие ноги, бубня под нос все нехорошее в сторону демона и его мании шарахаться в таких местах. — Он должен быть где-то тут. Стой на месте и пока. — Сказал он и начал водить рукой с фиолетовым сиянием над очередным островком с зеленой водой.
— А что мы тут ищем хоть? — Спросила, устроившись на торчащей коряге, вытянув ноги.
— Труп, разумеется. Молчи. — Рявкнул он.
М-да, так себе конечно, работенка. Покушала хоть хорошо перед дорогой, вкусно. Люзи — пышная дама лет сорока с добрыми глазами и милыми светлыми кудряшками, не пожалела на меня сласти и сплетни о прекрасном, самом благородном начальнике, как злые люди оклеветали милого мальчика, что он вынужден так жить. На это я лишь серьезно кивала, уплетая все со стола, тем самым заработав звание «прелестной и воспитанной» в глазах у кухарки.
— Лепано ре оренут, ви ониксу! — Проговорил над куском тины «милый мальчик». В эту же секунду перед ним начал вылезать человек, ну то, что от него осталось. Так эффектно еще. Сначала, одна рука с костями, вместо кожи, затем, вторая — более менее нормальная, потом — голова лохматая, местами дырявая, а затем — все остальное в лохмотьях.
Мамочки, засунь меня туда от куда я вылезла, это же мертвяк двигается! Вон как щелкает челюстью, сейчас сожрет, рядом с ним поселимся. Вжалась жопой на чем сидела и мечтала исчезнуть. Запах заставил желудок пожалеть о том, что он вообще существует, чем не заставил долго ждать рвотный позыв. Зажала рот руками и отвернулась, избавляясь от всего, что там было. — С почином. — Поздравили меня и хитренько улыбнулись.
Козлище! Специально не предупредил, что есть не надо, теперь наслаждается. — Чето нато, зашем пошвал накшмант? — Сказал тот, кто был ранее человеком и уставился белыми глазницами на меня!
— Дело есть. Брат твой просил узнать как ты сдох, ну и между делом сказать где ты хранил семейную ценность. — Скучающе пояснил Зейн.
— Кашивая баба, отдаш? Ошиноко тут, скушно, а я вше расскашу.