— Как у меня? — ахнула Анюта. И сразу в смятении подумала: «А как же Викентий?»
— Тут такое дело с вмешательством в их силу, — вздохнул Андрей Ефимович, — что как бы детки ни противились, но они сами будут прибегать к вам, не понимая, почему их к вам тянет. А силёнок мало — на пробежки. Вот и решили, что вы их приютите на время.
Анюта улыбнулась, стараясь скрыть сначала обиду: «А как же я с Лёлькой встречаться буду?!», а потом — сарказм. «Вот и всё, Викентий! Когда вмешивается судьба в лице неизбежности — тут уж ничего не поделаешь! Придётся тебе искать другое место для ночлега. Если ты тут, в городе, ещё останешься, конечно». И через секунду грустно: «Вот и опять не поговорили начистоту. Опять осталась недоговорённость…»
— Хорошо, я согласна, — решилась она. — Думаю, много времени обучение не займёт.
— Прекрасно, — обрадовался Андрей Ефимович. — Мы к вам не раз ещё заедем. Есть впечатление, что у Веры способности Харонов, а у Павла — мелькает что-то из разряда огневиков. Нам очень важно, чтобы вы обучили их основным приёмам ведовства, а как только они станут самостоятельными, мы заберём их у вас. Ничего — надоесть не успеют! — подбодрил он Анюту. — Они — детки умные, быстро научатся всему, что надо.
— Ну, всё, — сказал Алексис. — Нам пора. До свидания, Анна Сергеевна. До свидания, Вера и Павел!
— Алексис, стукну! — грозно сказал Агния, когда после нежного взгляда мага воздуха Вера непроизвольно потянулась за ним. — Она ещё мала — в твои игры играть!
Проводив поразительных гостей, Анюта вернулась в зал.
— Если назовёшь нас детками — сбежим! — строптиво предупредил Пашка.
— Если гулять не пустишь, будешь держать дома целыми днями, я тоже сбегу! — заявила Вера.
— Будете ставить условия — заколдую, — ледяным тоном отчеканила Анюта.
«Детки» переглянулись и сразу как-то ссутулились, глядя исподлобья.
— Пошли на кухню, — велела хозяйка дома. И, уже усадив их за кухонный стол, объяснила: — Сейчас поужинаем по-настоящему — не одним же чаем вас поить! — а потом договоримся, как будем… сосуществовать. Вы что же думаете — мне счастье с вами сидеть целыми днями? У меня дочка есть, Лёлька. У меня родные есть — мне и с ними хочется посидеть поболтать. Начнём вот с чего. Родители знают, что вы тут будете ночевать?
— Знают! — хором ответили «детки».
— Хорошо. Вера, возьми лук, почисть его. Павел, залезь вот на этот табурет и достань с буфета сковороду — она с самого краю там лежит. Вот так. Учиться будем каждый день с восьми до двенадцати…
— А почему до двенадцати? — поинтересовался Павел.
— После двенадцати ко мне приходят посетители. Поняли, да? После двенадцати вы свободны. Хотите — сидите дома. Хотите — бегите гулять. Только приходите не очень поздно, ладно? Чтобы с утра на свежую голову учиться. Завтра же с утра сбегаем за тетрадями. Кое-что будете записывать за мной.
Через полчаса она подала на стол сковороду с жареной картошкой и свежими огурцами к ней. Яблоки они уже подъели, и Анюта озадаченно размышляла, помогут ли ребята ей, если она попросит их сходить вместе на рынок… А ещё Викентий… Как он примет, что вход в эту квартиру теперь ему заказан? Придётся дождаться его прихода, чтобы выяснить это.
Вечер оказался наполнен суматохой до самой ночи.
За тетрадями бегать не пришлось. Едва успели отужинать, как начались звонки родителей «деток». Андрей Ефимович, как и обещал, оповестил их о новом пристанище Веры и Пашки. В результате Анюте пришлось пережить ещё одно нашествие. Приехали старшие «деток», привезли уйму пакетов и сумок с одеждой, с продуктами на первый случай и даже деньги: «Неужели вы думаете, что наши будут за ваш счёт жить?!» А отец Пашки, благо своя машина есть, привёз раскладушку для сына. Её поставили напротив кровати, которая предназначалась Вере, но ближе к окну. Девушка было скорчила гримаску, когда поняла, что будет жить в одной комнате с мальчишкой, но покорилась неизбежному, поскольку проходная комната ей тоже претила. Приглядевшись к обоим, Анюта сообразила, что больших войн между «детками» не будет.
Потом как-то так получилось, что родители засели в этой комнате, возбуждённо разговаривая со своими чадами: выяснить, что дети оказались будущими колдунами, — это ещё пережить надо! А Анюта быстро сбежала на кухню. Опаздывала звонить матери и Лёльке, из-за чего здорово психовала.
— Мам, добрый вечер!
— Добрый, — проворчала мать. — Что так поздно?
— Лёлька уже уснула? — с тревогой спросила Анюта.
— Конечно! А ты думала!.. Совсем о дочери забыла! Обещала звонить, а звонка от не дождёшься от тебя.
— Мам, не ругайся. У меня… — Она прикусила губу, чтобы нервно не засмеяться. — Это всё из-за моей новой профессии. В общем, у меня с сегодняшнего дня два постояльца. Подкидыши. — Она чуть не ойкнула, ляпнув такое и тут же ос смешком оглянувшись на кухонную дверь: не услышал бы кто из поздних гостей.
— Что-о? — поразилась мать.
— Завтра расскажу подробней, ладно?
Они перекинулись ещё парой слов и распрощались.
