– Да, героями! – Пыржик попытался выпятить грудь, что оказалось попросту невозможно – она давно слилась с выпирающим вперед животом. – Хотите возразить мне? Я с удовольствием вступлю в дискуссию о благе Убежища, но предупреждаю – все вами сказанное немедленно станет достоянием общественности.
– И все не сказанное тоже.
– А-а! – вскричал Якров, подскакивая на месте. – Вы обвиняете меня, Пыржика Якрова, в подтасовке фактов? – Тут он хитро взглянул на них обоих и, зажав кристалл в кулаке, шепотом спросил: – Это можно считать официальной позицией Управления, а? Моему юристу это очень понравится.
Дэлан помассировал веки. Его терпение подходило к концу. Нужно было избавиться от этого докучливого колобка, пока ему самому не понадобился юрист. К тому же определенно стоило свести к минимуму риск его общения с людьми Сетдера в части подозрительных тел и участия в этом деле Управления.
– Миро, проводи господина журналиста к выходу, а потом убедись, что его пропуск анулирован.
– С большим удовольствием, – ухмыльнулся Вольц и взял Якрова под руку.
– Ага! – Журналист удовлетворенно потер ручки, не пытаясь, впрочем, вырваться из захвата. – Значит, я оказался прав. И знаете, как я назову это в будущей статье? Инквизиторский произвол или попытка заткнуть рот честному журналисту! О-о, на этот раз я точно получу свою Пайдициновскую премию! Ведите же меня под белы рученьки, да на лютый мороз! – патетически взвыл он, норовя утащить за собой Вольца. – Слушайте, а можно надеть на меня наручники? Хочу, чтобы такой шикарный снимок оказался на первой полосе всех газет! Он наденет на меня браслеты, а вы нас щелкните! Ну что вам стоит, господин дэ Аншэри?
– Убери его отсюда. – Дэлан сжал пальцы, и на пол посыпались обломки камеры. Однако он и не надеялся, что уже сегодня снимки не окажутся в газетах под самыми отвратительными заголовками. Ведь камера наверняка была передающей и, значит, у Якрова уже есть копии. – Встретимся на месте, – сказал он Вольцу.
Тот коротко кивнул и потащил журналиста наверх.
На самом деле возьня Якрова для Управления не имела никакого значения, как и народное возмущение, которое она вызывала. Но если Якров брался за дело, он начинал путаться под ногами и совать нос куда не следует. Может, стоило намекнуть главврачу, чтобы выделили для него отдельные апартаменты? Заманчиво, но его мысли сами собой вернулись к приоритетной проблеме.
Итак, Ведьмина гора. Единственный в городе квартал со смешанным населением. Местечко не многим лучше Грязных Кварталов, живущее по собственным правилам. Из любимых, но не редких пороков проституция, наркотики, алкоголь. И как следствие то, без чего никак не обойтись простому работяге в конце тяжелого дня – мордобой и поножовщина. Чтобы захотеть жить в подобном месте, нужно либо иметь стальные нервы и крепкие замки, либо стать его частью. Кем бы ни оказались эти две высокообразованные особы, пока Дэлан думал только о худшем и не торопился надеяться на внезапную удачу. До сих пор неуловимый некромант не совершал ошибок, которые могли бы навести Инквизицию на его след, так следовало ли ждать этого теперь?
Вампир неохотно достал из кармана жетон.
– Талия, соедини меня с Маргрит.
В ответ раздались звуки, напоминающие работу бульдозера в пустом ангаре, но он получил то, о чем просил. Тэл вызвала для него помощницу.
– Я как раз собиралась с вами связаться, – возбужденно протараторила Маргрит. – Я только что получила пакет из канцелярии генерал-магистра. Они прислали нам ордер, и я начинаю готовить документы.
Почему сейчас? Все-таки он ожидал от Готты какой-нибудь каверзы и тут, пожалуйста. Либо в "Йотун Холл" давно все шито-крыто, либо для него приготовили нечто особенное. Понять бы еще что, до того как он сунется в это драконье логово, вооруженный лишь драконоборческим энтузиазмом. Он прервал связь и открыл портал, с наслаждением вдохнув морозный воздух.
Переход из одного мира в другой прошел незаметно.
Под маленькими воробьиными крылышками, вместо привычных выжженных полей и усыпанных пеплом тропинок Мертвого Мира, замелькали серые дома, похожие на гигантские заснеженные термитники. Вокруг них вились располосованные дороги, по которым со страшным ревом неслись железные повозки, делая воздух горьким на вкус. Хотя Ананку бывал здесь не один раз, он никак не мог привыкнуть, что приходилось дышать такой гадостью.
В небе над странным городом было не протолкнуться: сновали туда-сюда метлы, ковры, ступы, диваны и гигантские ящеры с громадными кожистыми крыльями. Они метко выдыхали в сторону воробья языки пламени. В очередной раз сбив с подпаленного хвоста тлеющий огонек, птичка с трудом пробилась сквозь плотный поток, чтобы снизиться до безопасной для такой крохи высоты – поближе к плоским крышам.
Вечно Госпожа превращает его в какую-то мелочь. Ну что ей стоило сделать из своего верного слуги кого-то повнушительнее? Орла или ворона. На худой конец, голубя.