– Да уж, душечка дэ Гаркхат успел меня просветить. Ты тоже считаешь, что я на пару с Гертоном продавал секреты Управления террористам?
Ардэ повел подбородком, будто воротничок формы мешал ему нормально дышать.
– Нет, но, боюсь, на этот раз даже мое мнение не будет играть никакой роли. Готта закусил удила и теперь не остановится, пока не избавится от застарелой занозы в заднице. Он готов открыто обвинить тебя в измене Убежищу. Сам знаешь, чем это может обернуться, несмотря на твое положение в обществе и заслуги перед Инквизицией.
Дэлан знал. Список был длинный и впечатляющий. И увольнение из Управления по соответствующей статье или пожизненная каторга в гномьих рудниках были далеко не самыми страшными из этого перечня.
– Учитывая длительность и интенсивность вашего противостояния, генерал-магистр может поддаться соблазну избавиться от тебя раз и навсегда, – продолжил Елисар, правильно истолковав молчание вампира. – Он будет настаивать на крайней мере наказания.
Ардэ был прав. Он слишком долго испытывал терпение этой гадюки, и та накопила достаточно яда, чтобы убить с одного укуса.
Впервые он перешел дорогу Готте, когда был назначен на пост главы КВМБ в обход его протекции собственному отпрыску после отставки Залана Деволье. По Управлению долго гуляли слухи, будто последний только попытался копнуть под канцелярию генерал-магистра, как его должность стала вакантной. К тому времени Дэлан уже достаточно долго возглавлял Отдел восстановления утерянного наследия и старался держаться подальше от подковерных игр верхушки Управления, что наилучшим образом способствовало осуществлению его собственных замыслов.
За день до того, как он собирался подать заявку на повышение, его кандидатуру неожиданно выдвинули на первый план. И не кто иной, как Верховный Инквизитор всея Убежища, с которым Дэлан за время службы в Инквизиции встречался всего несколько раз, но назвать это встречами можно было с натяжкой. Все сводилось к официозу. Так что для Дэлана участие Амитона Дэнеску в его карьере стало сюрпризом. Однако инициатива совершенно неожиданно снискала поддержку среди инквизиторов Бьёрсгарда. А ведь в Управлении хватало тех, кто попросту ненавидел дэ Аншэри за нежелание вариться в общем котле. Поэтому еще до начала голосования мнение Готты уже ничего не решало.
Дэлан был вынужден оставить прежнее место и все незаконченные дела раньше, чем сам запланировал, чтобы занять новый кабинет. Отчего постоянно пребывал в самом отвратительном настроении, не желая вникать в туманные намеки некоторых приближенных к канцелярии Готты лиц об открывающихся перед вампиром возможностях. Всего-то и нужно было – прислушаться к мудрым советам, стать частью большой "семьи" и лишний раз не высовываться, чтобы всем в ней было хорошо и сытно. Но они и не подозревали, к чему приведут заигрывания с новым главой КВМБ.
Дэ Аншэри взялся за бумаги Деволье и довольно быстро отделил зерна от плевел. Их было мало, но общая картина была ясна. При Готте со товарищи коррупция в Управлении достигла небывалого размаха, напрямую угрожая безопасности Убежища. Лучшего повода для начала процесса против генерал-магистра, и главное, законного, трудно было придумать. В принципе, все, что требовалось, это передать материалы Ардэ, за которым на тот момент тоже закрепилась самая "дурная" слава. Елисар слыл горячим "поклонником" подобных тайн и чуть ли не последним инквизитором в Управлении, кого невозможно было обвинить в причастности к общему делу.
Появление дэ Аншэри на пороге его кабинета не вызвало у Ардэ и тени удивления. Пожав его руку, Елисар заверил вампира в том, что никогда в нем не сомневался, но попенял, что Дэлан слишком долго возился с этим дерьмом в одиночку, вместо того, чтобы сразу прийти к нему. После содержательной беседы шефу ОКДУ удалось убедить Дэлана работать вместе. Так началась их дружба и череда расследований против нечистых на руку инквизиторов, в числе которых было немало друзей генерал-магистра. Но чем дольше они распутывали этот клубок, тем большее у свившей его ниточки оказывалось концов.
Один из них вел прямиком в "Йотун Холл" – дочернее агентство крупнейшего транспортного холдинга, имеющего лицензию на работу с половиной межпространственных порталов Убежища. Речь шла о контрабанде с поверхности планеты запрещенных взрывчатки и оружия. Трудно себе представить, чтобы нечто подобное могло обойтись без участия Управления. И не обошлось. Хотя на сей раз доказать что-либо было практически невозможно. Схема отмывки золота была доведена до совершенства, и Готта получал свою долю уже слишком чистой, чтобы подкопаться.