На этот раз я решил не пытаться выиграть, используя приёмы ножевого боя, а просто прыгнул врагу под ноги. Пролетая между нижних конечностей, отсёк одну из них по колено, а потом, извернувшись, проделал то же самое со второй.
Потеряв опору, умертвие нырнуло лысой башкой вперёд. А когда попыталось подняться, используя единственную оставшуюся целой руку, я отсёк ему голову от костлявого туловища.
Прокатившись, она долетела до аномалии и взорвалась. И только в этот момент я понял, за что зацепилось моё подсознание, пару секунд назад. Аномалия по-прежнему выглядела как нечётко прорисованная иллюзия, но небольшой участок, находившийся непосредственно рядом со мной, получил объём, как при приближении двойника Каца.
Нехорошая догадка заставила оглядеть окружающие долину чёрные скалы. Не найдя на их поверхности подсказки, я шагнул вперёд и заметил, как материализовавшийся участок продвинулся на такое же расстояние.
— Русский шайтан, больше не шпага! Это опасно! — предостерегающие возгласы Джаббара, заставил остановиться.
Добив парочку раненых упырей, афганец подошёл и указал на аномалию.
— Разлом разрывает все, кто попадает внутрь. Твой доктор из СССР единственный, кто оттуда выпал и смог вернуться назад.
— И всё-таки мне нужно кое-что попробовать — решительно сказал я и протянул к разлому левую руку.
Пальцы закололо, как от небольших электрических разрядов, но никакого видимого эффекта на материализовавшийся участок аномалии мой жест не произвёл. Однако, как только я попробовал вытянуть к разлому руку с зажатым клинком, разрыв в пространстве получил более чёткие очертания.
— Так вот откуда ты родом — проговорил я, и, попробовав продирижировать клинком, почувствовал, как реагируют жгуты материализовавшийся энергии, из который состояли рваные края разлома.
В какой-то момент аномалия словно вынужденно подстроилась к моему энергетическому спектру и позволила потустороннему зрению заглянуть внутрь себя.
За пару мгновений я увидел множество дублей, идентичного межпространственного разрыва. Все они находились в совершенно разных, иногда поистине невообразимых местах. Голова тут же закружилась от огромного количества хлынувших образов, заставив срочно оборвать контакт.
Похоже, этот разлом не просто пронзил ткань пространства, энергетические артерии и течение времени. По какой-то причине он пронзил невообразимое количество параллельных миров, оставив в них свой отпечаток.
Внезапно меня озарило: да если научиться этим пользоваться, я смогу попасть в любую из реальностей или вернуться в ту, где меня сначала предали, а потом убили лучшие друзья. По всей видимости, изначально, мой теневой образ, каким-то образом смог проскочить через нечто подобное и занять тело погибшего двойника в этом мире.
Покрутив в руке обломок клинка, я осознал, что дороже него, навряд ли что-то держал в руках. Скорее всего, даже целый мир, стоит намного дешевле этого артефакта. Как толь я это понял, моё внутреннее хранилище, наполнилось до краёв энергией. Я снова почувствовал то, что ощущал в осколке джиннов, когда меня распирало от океана полученной силы.
Это было то самое могущество, к которому стремились иные. Получив пристанище в этом мире, они помнили, как это может быть, и желали вернуть былое. Подпитка энергией была столь колоссальной, что я всерьёз задумался о возможности в будущем «двигать горы и пускать реки вспять».
Поддавшись порыву, я легко взмыл на пару метров над землёй и завис, паря в разряженном воздухе.
Большая часть сознания ликовала, принимая этот дар. Но в самой глубине подсознания зашевелился червь сомнения, пробившийся сквозь триумф момента. Его голос прозвучал моими же губами:
— Ведьмак, а на кой чёрт тебе это всё нужно?
Заданный самому себе вопрос вызвал бурю воспоминаний. Рыжая пиромантка, медсестра Наташа, доктор Кац, Доцент…
Образы, друзей и врагов замелькали перед глазами, и до того, как я смог сам себя заставить их вычеркнуть, рука со всех сил швырнула обломок клинка в разлом.
В тот же миг меня захлестнула волна запоздалого сожаления. Я рухнул на землю и стал свидетелем угасания аномалии. Не меняя формы, она сжималась, превращаясь в точку, пока не исчезла бесследно, издав звук, похожий на стон рвущейся струны.
Энергия по-прежнему меня переполняла, но теперь я понимал, что это мой предел, и выше уже не подняться.
— У тебя получилось — прошептал стоявший невдалеке Джаббар. — А я не верил.
— Ну это мы ещё «будем посмотреть», что там у меня получилось — ответил я, при этом напрочь выметая из головы все мысли об упущенных возможностях. — Пойдём, дружище Джаббар, наверняка Амин уже закончил толкать свою пламенную речь.
Повернувшись, я увидел мать волков, кутающуюся в рваную и забрызганную кровью, белую накидку. Вокруг неё замерла её уменьшившаяся на треть стая.
— Серая, спасибо за помощь — поблагодарил я вполне искренне, и волчица зло оскалилась.
Я почувствовал, как она с трудом себя удерживает, чтобы не натравить на меня потрёпанную, но по-прежнему смертоносную стаю.
