Если ты ведьма и боишься темноты — закрой глаза и жди. Обязательно придет ведьмак из другого мира, и спасет. Не разбираясь, а надо ли, и кто его вообще звал! А потом заберет с собой, заставляя делать то, не знаю что, идти туда, не знаю куда! И жизни учить постоянно! А еще придираться к безобидной и невинной ведьме! Ну ничего, мы еще посмотрим, кого от чего защищать, зачем нужна невеста, и что вообще происходит в магическом мире за закрытыми замками…
— То, что я тебе сейчас скажу, скорее всего, шокирует. Но постарайся поверить и принять. Ты — ведьма.
Голос, тягучий и уверенный, звучал невероятно убедительно. Хотя все в облике черноволосого красавца говорило о том, что верить ему не стоит. Черный, явно не из нашего мира костюм, сидящий на теле как влитой, рукоятка ножа, торчащая в области колена, руки, что сейчас бездействуют, но явно напряжены, в любую минуту готовые сжать мою шею… Я, лежа на земле, постаралась незаметно дотянуться до рюкзака за спиной. Потому как моя шея мне ой как дорога и нужна!
Губы у чужака, плотно сжатые сейчас, сжались сильнее. А глаза смотрели так. Ни один мужчина из нашего мира так на женщину не смотрит. Пристально. Хмуро. Ожидающе. И совсем немного с интересом.
Черт, мужчина явно ждет моего ответа. Тааак, спокойно, еще немного вывернуть запястье, и молния на рюкзаке поддастся. Есть! Я быстро, наощупь, нашла нужную склянку.
На его стороне опыт и сила. На моей — эффект неожиданности. Он ведь явно уверен, что я сейчас кони двину от испуга! Не дождешься, маг хрен-знает-какого уровня!
— Да вы что? — как можно вежливее произношу я, чуть приподнимаясь на локтях.
Чужак уже открыл рот для ответа, и тут я резко делаю выпад правой рукой, запуская в обалдевшего мужчину склянку, которую щелчком большого пальца откупориваю в последний момент. Есть! Тугой, плотный и непроницаемый туман окутывает незнакомца, позволяя мне вскочить на ноги, и тут же шлепнуться на задницу Проклятое невезение! Вновь подскакиваю, выуживая на ходу новую склянку, и кидаю в туман, надеясь попасть как можно точнее.
Судя по вспышкам и грязным ругательствам, мое фирменное зелье-хлопушка вовсю одаривает мага хлесткими шлепками по телу, не давая тому броситься вдогонку за мной. А уж я припустила, будь здоров! Моей скорости сейчас бы позавидовал кролик Шастик, что передвигался по дому с какой-то невероятной прытью! Правда, началось это, когда бабушка случайно пролила на него одно из своих недоработанных зелий. Ну да неважно.
До дома я неслась, аки шальная, и только долетев до входной двери, позволила телу затормозить и отдышаться. Ох, ай да я, ай да молодец! Как там сказал этот огромный симпатяга? Ведьма я? Ну, так это нам с рождения известно, тоже мне, открыл Америку.
В следующий миг грохот в доме заставил подскочить, а громкий визг распахнуть хлипкую створку. Неужели чужак уже добрался сюда?!
— Беги, дочка, беги! — кричала мамочка, перескакивая мне навстречу через диван, держа под мышкой таксу Пулю. Та испуганно пучила глаза, но вырваться не пыталась — ее раскормленное тельце не позволяло.
Я отшатнулась, выпуская маму на улицу, когда следом разнесся радостный вопль бабули:
— Куда пошла, Рора?! Вернись, гадина, сейчас рванет же.
Я быстро метнулась вглубь дома, минуя гостиную, и заруливая в нашу домашнюю лабораторию. Так и думала! Бабушка стояла, подбоченившись, над дымящимся котелком, который странно бурлил и отсвечивал зеленым. Бурление усиливалось с каждой секундой, что не предвещало ничего хорошего. Застонав, я бросила к бабушке, по пути хватая со стола записи.
— Что там? — крикнула, загораживая бойкую старушку, и лихорадочно читая написанное.
— Да откуда ж я знаю? — смешно вытянула лицо Гортензия Стужень, которая, не смотря на морщины, сохранила девичий блеск в глазах, и ловкость в сухоньком тельце, — так, намешали с твоей матерью… Ох, Фиби, пригнись!
Мы разом сели, вовремя спасаясь от целого снопа искр, вылетевшего из котла. Ну что ж за день то такой сегодня!
— Фиби, дочка, отойди! Мама, что ж вы выставили вперед ребенка!
В комнату влетела Аврора Стужень, за которой на коротких лапках семенила Пуля. Ну вот и зачем мама пыталась вытащить ее на улицу? Собака все равно не отходит от любимой хозяйки.
— Какой же это ребенок?! — возмутилась бабушка, беря меня за руку, и протягивая вторую маме, чтобы образовать круг, — уж вымахала кобыла, похлеще меня будет.
— Похлеще мы не переживем, — мрачно пробормотала мама, но протянутую руку взяла, разом становясь собранной и серьезной.
— Готовы, девочки? — весело крикнула бабуля, и первая завела заклинание, чтобы погасить взбунтовавшееся от неведомых ингредиентов зелье.
Котел бурлил, грозя в любой момент подорвать дом и ближайшие окрестности с ним, Пуля испуганно скулила, припав к лодыжке мамы, а из угла показался жующий что-то вкусное Шастик. Увидев, как три ведьмы, взявшись за руки, громко и слаженно зачитывают заклинание, тот скрылся в своей норке. Кролик явно усвоил урок не приближаться к опасным экспериментам своих хозяек.
Я проговаривала выученные наизусть строки, оглядывая весь этот переполох, куча склянок, бумаг, и трав на двух большим столах, вздыхая и чувствуя, как Сила активируется, загорается внутри, тянется навстречу. И затухает, отдав лишь чуть-чуть того, на что была способна. И так у каждой из нас — по капельке, по крохе — но опасный котел затих, послушавшись трех ведьм.