Ольга состроила задумчивую рожицу, пытаясь придумать ещё какие-нибудь оправдания необычного сна, а Варя продолжила, – она меня в гости ещё звала, кричала, что это очень важно. А потом, я забежала в какой-то дом и проснулась.
– Да, забудь, – протянула Ольга, – мало ли что снится, мне тоже иногда гадость какая-нибудь привидится.
– Ну да, – кивнула Варя. Она может и хотела бы забыть, но не получалось. Этому весьма способствовали преследования непонятной старушки в реальности. Варя пыталась сложить всё воедино и найти понятное объяснение, и это никак не давало ей сосредоточиться на делах.
Наконец, рабочий день закончился и Варя стала собираться домой. Но не успела она выйти из офиса, как позвонила мама и пригласила её на чай с тортиком. Варя с радостью согласилась. Домой идти не хотелось. Даже не из-за страхов перед новым проявлением потустороннего, этого она как раз ждала, чтобы выяснить причины своих видений. Просто сегодня хотелось расслабиться и поболтать с близким человеком, которому можно поплакаться на свою безрадостную жизнь. Единственным близким человеком в этом мире была мама. С братьями и сёстрами не повезло. Сразу после рождения Вари, папа ушёл от них. Вообще, у них с мамой в этом плане были похожие судьбы.
Мужчины не слишком радовали её своим вниманием, а если и завязывались отношения, иногда даже переходящие в некоторое подобие семейной жизни, то через некоторое время её избранники куда-то исчезали. Может быть, внешность у них с мамой была слишком невзрачная, или готовили они не очень вкусно, а возможно, и по другим, неведомым ей причинам. Ей лично никто ничего не объяснял, просто однажды вечером она возвращалась домой, готовила ужин, а её избранник с работы не приходил. И, оказывалось, что вещи его тоже отсутствуют. А телефон либо был навсегда недоступен, либо бывший что-то мямлил в трубку и говорил дурацкие, избитые фразы, мол они не подходят друг другу, им надо пожить отдельно и всё такое… Отчаявшись, Варя уже не искала новых знакомств, а пыталась смириться с жизнью в одиночестве. Хорошо, что юмора и оптимизма ещё не растеряла, хотя доля цинизма в шутках становилась всё заметнее.
Жить ей помогали книги, которых она прочитала уже великое множество. Больше всего любила читать про магию и колдовство. И эти выдуманные волшебные миры хоть как-то сглаживали её нервную и скучную жизнь.
Едва открыв дверь, мама как обычно запричитала, что Варвара выглядит очень усталой, ей обязательно нужно отдохнуть и не доводить себя до нервного истощения. Варя, как обычно, ей отвечала, что денег на отдых накопить не получается, да и директор постоянно талдычит, что работать нужно больше, а отдыхать меньше, потому что желающих устроится в их фирму много, и если кого-то работа не устраивает, то он быстро найдёт замену.
Выпив чай и наевшись неожиданно вкусного торта, Варя стала рассказывать про свой сон и галлюцинации, но сразу заметила, что мама как-то изменилась в лице, словно съела что-то кислое.
– Мам, ты чего так расстроилась? – поинтересовалась дочь.
– Я пока не знаю, к добру это или к худу, – с грустью сказала мама, – но, видимо, пришла пора рассказать тебе правду про наш семейный скелет, долгое время пылившийся в шкафу. Скорее всего, объявилась наша бабушка.
– Что за наша бабушка, я ведь обеих наших бабушек знаю, – стала возражать Варя, но осеклась и подозрительно посмотрела на маму, – или я чего-то не знаю?
Мама нервно крутила в руках пустую кружку.
– Это не твоя бабушка, а моя.
Варя ошарашенно посмотрела на маму.
– Как это твоя, сколько же ей лет?
Мама вздохнула и печально посмотрела на дочь.
– Сколько ей лет, я точно не знаю. Давай я тебе всё расскажу, раз уж она тебя стала в гости звать.
Мама посидела немного, собираясь с мыслями, и продолжила:
– Моя мать мало рассказывала про своё детство. Не любила она об этом вспоминать. Но я хорошо запомнила имя моей бабушки, оно такое необычное, старорусское. Звали её Лукерья Филипповна. Фамилия у неё должна быть как у нас – Лукашина, так как замужем мы с мамой не были и фамилию не меняли. Жили они в деревне Казинка, это где-то в Сибири, возле Красноярска. Отца своего мама не видела. С раннего детства она помогала матери собирать в лесу всякие травы, коренья и жуков. Также мама учила её резать лягушек, мышек и прочую живность, а внутренности использовать в снадобьях. Получается, что Лукерья Филипповна, была знахаркой, и дочь свою тоже учила этому. Впрочем, у моей мамы душа к этому делу совсем не лежала, не хотела она в деревне жить и травки собирать, в город мечтала уехать, выйти замуж, детишек нарожать. А потом влюбилась в смазливого приезжего парня и, окончив школу, сбежала вместе с ним в Москву.
– И что, работали эти снадобья или обман сплошной, типа наших экстрасенсов? – спросила Варя со скептическим выражением лица.
– Этого я не знаю наверняка, но мама рассказывала, что к ним много людей приезжало и за большие деньги эти средства покупали. А соседи все считали бабку Лукерью не иначе как ведьмой. Потому что могла она и порчу навести и ещё какую пакость сотворить.
