Прошло тридцать лет. Давно уже не было в живых бабушки с дедом. Состарились родители Алёшки, вышла замуж младшая сестрёнка, да и сам он давно был женат, у них с супругой подрастали мальчики-близнецы. Да и он сам звался уже не Алёшкой, а Алексеем, офицером, командиром взвода.
В ту ночь бой в этой чужой стране, где уже второй год шла война, был особенно тяжёлым. Командир взмок, кругом стоял грохот орудий и свист пуль, слышалась автоматная очередь, вскрики. И именно сегодня будет решающий бой, их войска уже почти завершили своё дело, уже близок переломный момент. Нужно занять высоту. Любой ценой. Сегодня Алёшке снился сон, что-то смутное, забытое, далёкое из детства. Лес, омут и прекрасная девушка, а ещё Всадница в чёрном, бездонном, как Вселенная, плаще, спускающемся до самой земли по крупу чёрного коня. Свело скулы до боли. Алёшка предчувствовал нечто плохое, пахло смертью, она витала в воздухе, совсем рядом. Хотя, что говорить, тут, на войне, она всегда была рядом. Но нынче она подошла так близко, что ощущался сам запах её – смолы, свежих досок и хвойных лап. Алексей задумался – видимо сегодня придёт его срок. Смерть пришла за ним. Ну что ж, чему быть, того не миновать, а он должен был умереть ещё тогда, в свои десять лет. И лишь Лесавка, отдавшая свою жизнь вместо него, отодвинула в ту ночь эту дату. За его спиной тридцать человек, родных ему, всё равно, что своих детей, пацанов, которых он должен вернуть матерям домой в срок, живыми и здоровыми. И он сделает это, чего бы ему это не стоило. За всё нужно платить и уметь быть благодарным. Вот и его очередь пришла отплатить за оказанное ему добро. Ту ладанку и поясок, подарок Купалки, Алексей хранил дома, в коробке, в столе, считая неким атрибутом детства, памятью. Но почему-то, в этот раз, направляясь в командировку, он незаметно от жены, сунул коробочку в рюкзак. И после сегодняшнего короткого сна надел на шею ладанку и повязал пояс, прямо под свою «разгрузку». Смешно, наверное, но тут, на войне никто не смеялся над таким, каждый верил во что-то своё – кто в Бога, кто в Аллаха, кто в амулеты, кто в заговорённые вещицы. Тут нельзя было без веры. Алексей выглянул из-за разбитой кирпичной стены, за которой они укрывались. Пора. Выходим.
– За мной, – скомандовал он бойцам.
В кромешной тьме, рассекаемой красными всполохами, в клубах дыма, грохоте и визге оружия, время застыло душной маской, не давая дышать, всё смешалось кругом – и земля и небо, но его бойцы знали своё дело, молодцы они, эти ребята, с ними хоть в огонь, хоть в воду. Вдруг он увидел, как под ноги ему прилетел небольшой округлый предмет, он сразу понял что это, и времени на раздумья, к сожалению, уже не осталось.
– Ложись! – закричал он, и упал животом на свою смерть.
Раздался взрыв, всё потемнело в глазах:
– Лишь бы пацанов не задело, – потухла последняя мысль в голове Алексея, Алёшки с позывным «Сыч», командира взвода.
***
Он бродил в тёмном лесу и не мог найти дороги, выхода, он метался, как раненый зверь, и вдруг услышал знакомый голос и серебристый смех:
– Вот мы и снова встретились, Алёшка!
Он обернулся рывком:
– Лесавка?!
Перед ним стояла она. Он помнил её до мелочей. Она совсем не изменилась, девушка смеялась и протягивала ему руки.
– Лесавка! Ты?
– Алёшка! Мой храбрый, добрый мальчик!
– Я умер, да?
– Нет, Алёшка, – Лесавка покачала головой, – Помнишь в ту ночь Купалка сказала, что однажды этот пояс спасёт тебе жизнь? Нынче была та самая ночь. Ты будешь жить, но пока ты в коме. А там все дивятся чуду того, как ты остался жив, лишь сгорел жилет на груди да животе. Но ведь все слышали и видели взрыв. Ну, да пущай гадают.
Лесавка рассмеялась.
– А как же ты? – спросил Алёшка.
– А мне подарили щедрый дар за то, что я в ту ночь отдала за тебя свою жизнь.
– Какой же?
– А ты разве забыл, что самое ценное на этом да и том свете?
– Душа?
– Да, – кивнула Лесавка, – Мне подарили душу. И теперь я в царстве света. Мне очень хорошо, Алёшка. А ещё мне обещали, что скоро я вернусь на землю. Правда, пока не знаю в каком виде.
Она вновь рассмеялась.
– Пойдём, Алёшка, я выведу тебя на тропу. Тебе ещё рано сюда. Да и не твоё это место.
– Пойдём, Лесавка.
И они зашагали по тёмному лесу, который становился всё светлее и светлее. Внезапно Лесавка остановилась и обняла Алёшку, крепко и порывисто:
– Всё, дальше мне нельзя. Ступай. Я помню тебя. И ты не забывай меня, Алёшка. Как знать, может однажды и встретимся.
– Я тебя никогда не забуду, моя добрая лесная фея, – на глазах Алёшки выступили слёзы.
– А мальчишки мои? – спохватился он, – Как они? Их не задело?
– Нет, с ними всё в порядке, они все живы, хотя и есть раненые, но всё заживёт.
Алёшка кивнул и вытер со щеки слезу. Яркий свет резанул его по глазам.
– Он очнулся, доктор! – раздался громкий голос медсестры.
– Кто? Сычёв?
– Да!
– Слава Богу…
***
Через три недели жена встречала и обнимала Алексея на вокзале, и плакала навзрыд.
– Когда мне сообщили, я… я…
