Кстати, вся эта анонимность напрочь лишена смысла. На экранах-то отлично видно, кто и что делает. Или анонимность для критиков?
Тоже так себе.
Как и вся эта выставка талантов.
На свою картину я смотреть боялась. Честно. А вдруг не получилось? Но… Ласточкина, хватит уже. Не получилось? Так и радоваться надо…
Надо было бы.
Потому что у меня все-таки получилось.
Не знаю, как. С обычными бы красками точно не вышло, а тут… тут серая-серая равнина. Она вышла светлой, почти белой, но все-таки… все-таки нет. Серой. Небо такое же. И чудом они не сливаются друг с другом. Кто знал, что у серого столько оттенков. Пепел этот, который почти снег.
И главное, чем больше смотрю…
Я отвернулась.
Кажется, дуб тоже вышел неплохим. Ярким. Не знаю, насколько получилось передать то, что я видела, но судя по равнине – получилось.
Вот только…
Я огляделась, пытаясь найти хоть кого-то из организаторов. И нашла. Маверика, который почувствовал мой взгляд и кивнул. А потом поспешил ко мне.
Хорошо.
- Помощь нужна? – поинтересовался он.
- А что, можно было?
Маверик чуть улыбнулся.
- Смотря в чем. Краски заменить. Холст. Кисти принести или что-то еще – несомненно. А вот в остальном, увы…
Ожидаемо.
- Нет. Я… дело в том, что я не уверена, что смотреть на это безопасно, - я сама теперь старалась не смотреть на картину. Такое чувство, что холодом от нее тянет. Тем самым, который еще живет внутри. – Просто… получилось, пожалуй, даже чересчур… точно. Это место…
- Позволите?
Маверик чуть подвинул меня.
Взглянул на картину.
И решительно перевернул холст подрамником вверх. Посмотрел на меня. Вздохнул.
- Надо было брать обычные краски? – шепотом поинтересовалась я. И сама себе ответила. – А лучше фломастеры. С фломастерами всяко безопаснее… для окружающих.
- Это смотря кто рисует, - Маверик набросил на картину тонкое полотно, само собой возникшее в руках. – Вам бы я посоветовал и дальше… воздержаться. Не то, чтобы живопись – это совсем не ваше. Просто… иногда талант раскрывается слишком уж своеобразно.
- И что мне делать? Ну… кроме того, что не рисовать?
Маверик бросил взгляд на часы.
- Отдохните. Прогуляйтесь по площади. Попейте чаю… или кофе. Он, конечно, не идеален, но порой неплох.
Что ж, совет стоил того, чтобы им воспользоваться.
Глава 14
На кофе Маверик зря грешил. Нормальный кофе. Я бы даже сказала, что очень неплохой кофе. Особенно, если четыре пакетика сахара высыпать.
Холод никуда не делся.
То есть, я уже и так отошла, но озноб вот остался. И пальцы покалывало. А кофе горячий, сладкий, из ближайшей лавочки. И пару пончиков с розовой глазурью, которые мне вручили вместе с кофе.
Подарок.
Подарки было брать неловко, но я взяла. И улыбнулась лохматому пареньку, стоявшему за прилавком.
Правда пить кофе пришлось стоя, потому что людей на площади собралось изрядно, и все лавочки были заняты. Но хотя бы столиков свободных имелось в достатке. А стоя… постою.
Я кофе почти и выпила, когда рядом раздалось.
- Ты не против? – Стужа поставила стакан на мой столик. – Просто там эти… я их побаиваюсь.
Я оглянулась.
Девицы. И знакомые. То есть очень знакома та, которая в центре, а другие так смутно, но я их тоже видела.
- Кофе здесь дрянь, но что поделать… - голос у блондинки оказался и резким, и громким. – Боги, как я устала от всего этого цирка…
- Ну да, конечно, - проворчала Стужа, высыпая в кофе пакетик с сахаром. Четвертый, кажется, а на столике лежало еще два. – Вообще-то я сладкое не очень, но когда потратилась, то силы восстанавливать помогает.
Она повела плечами.
А до нас донеслось:
- Но кто же знал, что в этом году все будет так… недостойно… папенька очень огорчился. Он надеялся…
- Пончики вкусные, - сказала я, потому как дальше слушать чужие разговоры сил не было никаких.
- Я… потом… - Стужа чуть покраснела.
- Угощайся, - я подвинула коробочку. – Я один съела, а второй не лезет. И таскать с собой не будешь, на жаре точно поплывет.
- Спасибо, - раздумывала она недолго и пончик схватила, жадно впилась в него зубами. – Извини. Это… просто… сил у меня меньше, чем у бабушки. А станок тянет.
- Я музыку слышала.
- Да? – а удивление Стужи было вполне искренним. – И как, красивая?
- Очень.
- Тогда хорошо, - она выдохнула. – Тут никогда нельзя быть уверенным, поймаешь узор или нет… я-то не слышу, поэтому и…
Она махнула рукой.
- Сложно. Я по цветам вижу, создаю. В итоге иногда получается, а иногда нет. А слухом меня с детства обделили. У сестер есть, а у меня вот… - она слизала глазурь с пальцев. – Поэтому отец и не хочет, чтобы я учиться ехала. Говорит, что толку от этого… вот если бы слух был.
- Мне показалось, что ты и так справляешься.
- Узор должен стабилизироваться.
- И что получится? Ну, когда стабилизируется?
- Чаще всего просто полотно. Из него можно будет сшить что-то. Раньше вот рубахи шили, свадебные. И детскую одежду. Она тогда мощным оберегом становилась, особенно, если сразу, по заказу, и волосы вплести в ткань, матери и ребенка. Но и без того тоже хорошо.
Я думаю. Силы-то сколько ушло. Вон, у Стужи круги под глазами залегли, и щеки ввалились, будто она неделю не ела.
