Тогда дальше? Они нашли способ ведьму успокоить. И у них бы вышло, если бы князь с нею жизнь не связал. Но ведьма, и под землей похороненная, опасна. Это они тоже должны были бы понимать. Как и знать, что озеро появилось её силой, да и прочее тоже…
Откуда?
Сомневаюсь, что для местных это было тайной великой. Нет, наверняка, знали. И размолвку князя обсуждали. И прочее все… то есть, как воины они могли бы предположить, что ведьма ответит. Да, скованная, лишенная сил, но… связанная с местом?
Это мне очевидно.
А им?
А если очевидно…
Я поерзала.
Так, спокойно, этак до теории мирового заговора додуматься недолго. Нет, но они же не зря выжидали. Будь просто самоуверенными идиотами, полезли бы ведьму одолевать прямо с корабля. Чего ждать-то, когда зло не дремлет. А они пришли.
Дали злу к себе привыкнуть.
Зачем?
Князя обработать в правильном ключе и понимании? Подготовиться… допустим. Но все одно… ведьму не убили. Кстати, тоже странно. Или собирались вернуться позже? Скажем, знали, что на откровенное убийство князь не пойдет и ссориться не хотели? Планировали, что ведьма ляжет в могилу, а там и помрет тихонько сама собой? Или же наведаться в эту могилу собирались и ускорить естественный процесс?
Вероятно.
Или просто не знали, как отзовется смерть ведьмы на озере и месте? На людях? И не случится ли того, что в итоге случилось-таки? Тоже возможно. Сперва ослабить, а потом, через год-другой и добить. Логично? На первый взгляд да.
Но все пошло не по плану… почему?
Почему они не предвидели, что она ответит? Даже… князь вот. Он ведь не сказал, что приносил клятвы. Не счел важным? Не понял, что эти клятвы – не пустые слова? Или постеснялся? Как же, христианнейший князь и женщину взял совсем не по-христианскому обычаю. Скорее всего, все и сразу…
Он не подумал.
Там не приняли во внимание. А вышло все боком…
- И раком, - сказала я вслух, постучав пальцем по листочку. – Только ведьма же – это ведьма…
И византийские в свое время тоже отметились в мировой истории… щит. Ведьма… ведьма и щит… а если… если неспроста их было трое? Монахов? Если сопоставить… скажем, тот, кто увел княжну, он и артефакт унес. И в то же время артефакт остался с ведьмой. Точнее не совсем так, но понятно, что он где-то там, в корнях дуба, в ином, искаженном, пространстве.
То, что артефакт был делимым, я поняла.
Но… зачем оставлять часть его?
Не затем ли, что у оставленной тоже была своя задача? Что, тот, кому выпало беречь раку с чем бы то ни было, должен был… что? Остаться и защитить город?
Щит Господень.
Щит, а не меч.
Не копье.
И не треклятая уздечка, которая из головы не выходит.
- Сходится? – спросила я у себя и листочка. И сама же ответила. – Сходится. Он должен был остаться. И принять ведьмин ответный удар. Укрыть город.
И тогда, возможно, у них бы получилось.
Князь… даже если бы ведьма прибрала князя, что возможно и даже вероятно, она не добралась бы до города. Озеро, волны… щит выдержал бы? Или нет?
И не потому ли сбежал тот, третий, что сомневался?
И…
Не узнать. Теперь – точно.
- А ты что скажешь? – спросила я, глядя в потолок. Спрашивала не у дома, а у той, которая меня, я знаю, слышит. И уже давала подсказки. И теперь, когда я почти догадалась, не даст ли она ответа. – Покажешь мне, как все было?
Тишина.
Глава 34
Спать я легла, по старой студенческой привычке сунув под голову кипу листов. Хотелось верить, что знание чудесным образом через подушку сама в голову перетечет.
Хранители…
Сбежал ведь. Чем больше я о том думала, тем сильнее преисполнялась уверенности, что так все и было. Сбежал. Той ли ночью, когда города не стало, раньше ли… хотя, может, между покушением на ведьму и катастрофой прошло не так много времени?
Главное, что…
Предал.
Чего ради? Из страха? Из идейных соображений? Несогласия? Не понимаю…
Я закрыла глаза.
Сон не шел. Мысли колобродили, мешая. Ну и где та самая серая равнина, которая так нужна? Я изо всех сил представляла её, а оно не получалось.
Вместо этого тело погрузилось в престранное состояние оцепенения.
Будто это я лежу, там, в могиле.
И давят на грудь непрожитые годы, отобранные жизни. Ошибки, ошибки… так много ошибок.
И я дышу, чувствуя, как уходят силы, по капле, по две… им давно бы иссякнуть, но нет, держусь на одном упрямстве и еще на том, что где-то там, близко и недосягаемо далеко бьется сердце.
Эхо.
Два эха сливаются в одно.
И сердца тоже стучат ровно. Мерно. Тяжело. Они и остановятся в один миг. Совсем как в сказке. Кто сказал, что сказки обязаны быть добрыми?
Дальше.
Я… хочу видеть.
Слышать.
Гудение земли, пронизанной корнями дуба. И то, как ручьями да реками бежит по могучему его стволу древесный сок, устремляясь к листьям. Шелест их, громкий, как голос.
Шепот?
Нет, дуб не шепчет. Он говорит громко, во весь голос. В голоса…
