Распахнулась калитка. В весенних сумерках горел живой огонь. Мать поднялась ему навстречу со скамейки-качалки. Отец обернулся от мангала, отсвет пламени лежал на его лице:
— Наконец-то ты вернулся, Мартин.
Эгле босиком сошла с крыльца, молча обняла его и так застыла, прижавшись щекой к галстуку с осьминогами.
Дрогнул слежавшийся снег. Разошелся трещинами. Рука со скрюченными пальцами зачерпнула воздух, потом нащупала опору, потом замерла, будто кто-то набирался сил.
Покатились по мокрому склону мелкие камушки. Из-под завала выбралась женщина — очень молодая. Девушка. Подросток.
Отряхнулась. Посмотрела вверх.
Над темными горами висели звезды — так много она никогда не видела.
