– Потому что Рось не имеет ни воздушно-космических сил, – ответил Корнелий, – ни авиации как таковой. Не знаю причин, я не физик, но здесь полёты на аппаратах тяжелее воздуха невозможны. Летают только насекомые, от комаров до пчёл и стрекоз, и мелкие птахи. Самые крупные летуны в Роси – врановые.
– Вороны.
– На местном наречии их так и зовут – враны.
– Странно. Если вы утверждаете, что Рось отделилась от нашей Земли много тысяч лет назад, то почему не дошла в развитии до авиации и ракет?
– Ещё раз повторяю: потому что она избрала нетехнологический путь развития, – терпеливо объяснил Корнелий. – После аномального перехода люди долгое время выживали, так как численность диаспоры не превышала ста тысяч человек. Потом появился лидер – Бореана, Княгиня Света, собиратель сил, объявила Путь Равновесия, после чего через тысячу вёсен численность общины подросла до десяти миллионов человек, она стала жить в ладу с природой и отказалась от технологий, не начав процесс цифровизации, что сейчас модно в вашем мире.
– Откуда вы знаете о цифровизации, если живёте здесь полста лет? В России процесс был запущен всего несколько лет назад.
– Вы не первые ходоки после меня, – печально сказал старик, – кто провалился сюда из вашего мира через аномальную зону. Кстати, в вашей Сещи она не единственная, есть порталы и на других территориях России, и в Европе.
– Подождите, я не понял, – озадаченно проговорил Александр. – Сколько же времени прошло здесь после вашего перехода? По прикидкам наших археологов – около двенадцати тысяч лет, а по вашим?
– Время – сущность хитрая, – усмехнулся Корнелий. – Во-первых, наши часы не совпадают, а годы здесь считаются по вёснам, потому что не всегда бывают зимы. Но самое главное, время, я уже говорил, течёт в Роси перпендикулярно к потоку времени у вас.
Сан Саныч с сомнением посмотрел на друга.
– Не понимаю, как это возможно.
– Я тоже не физик, – смущённо признался Максим, – хотя и почитываю научную литературу. Единственное, в чём я не сомневаюсь, так это в том, что Мультиверс редуцирует метавселенные наподобие нашей с любым количеством разнонаправленных времён.
Корнелий похлопал в ладоши.
– Лучше не скажешь! По-видимому, это действительно так. Во всяком случае, времена Роси и России пересекаются под каким-то углом, как мне объяснил Хорос. Когда вы находитесь здесь, время для вас в вашей Вселенной почти останавливается. И наоборот, когда вы там, у себя дома, для вас время останавливается здесь.
– Всё равно ни хрена не понял.
Корнелий развёл руками.
– Придётся принять это как данность. Я тоже долго не мог дотумкать, в чём здесь тонкость.
– Дотумкали?
– Хорос объясняет существующее положение вещей пересечением и даже дроблением измерений. Если базовая реальность, то есть ваша Земля и вся земная Вселенная живут в трёх измерениях евклидова пространства, то Рось с её шатающимся континуумом обитает в складке миров с четырьмя измерениями. Точнее – с тремя с хвостиком. Отсюда и все сумасшедшие эффекты местных ландшафтов, не укладывающиеся в логику обыкновенного человека. Но я привык.
Максим покивал.
– Ту же идею выдал Илья, мой коллега по работе. Он радиоинженер, но увлекается аномальными зонами, необычной физикой и магическими проявлениями.
– Никакой магии в Роси нет, – возразил Корнелий. – Все явления физически обоснованны.
– В таком случае, что тут происходит на самом деле? Почему местная реальность трещит и покрывается дырками?
– Кто-то трясёт паутину этого мира, – серьёзно ответил старик.
– Конунг… э-э, Европы? – скептически растянул губы Сан Саныч. – Так сказать, генсек местного НАТО?
– Возможно, складка пространства просто тает под атакой других измерений. Хотя разницы в этих вариантах нет.
– Очень даже есть! Если работает физика – мы ничего с её законами сделать не сможем. Но если всем парадом заправляют местные русофобы, мы их остановим!
– Как? – прищурился Корнелий.
Сан Саныч повернулся к задумавшемуся Максиму.
– Вернёмся домой, наберём команду крутых добровольцев типа частной военной кампании, и устроим тут революцию!
– Военком, – слабо улыбнулся Максим, – не фантазируй.
– Я вовсе не фантазирую! – возмутился Александр. – У меня в районе найдутся по крайней мере два десятка сорвиголов, согласных пойти куда угодно для восстановления справедливости и ликвидации нациков.
– Ладно, ещё поговорим на эту тему.
Корнелий допил свой квас, поднялся.
– Приведу себя в порядок, а то весь пропотел, пока меня тряс клювар, и буду в вашем распоряжении. Хочу тоже задать вам несколько вопросов.
– У нас их к вам наверняка наберётся больше, – сказал Сан Саныч. – Как получилось, что ездите вы не на лошадях, а на этих клювастых птицах? Разве у гиперборейцев не было лошадей?
– Не поверите – не было. Лошадей приручили не они или атланты, а уже более поздние жители Земли, всего несколько тысяч лет назад. А клювары… С виду они страшненькие, зубастые, но вполне себе мирные звери.
– Но они же динозавры, нет?
