Людмила вскрикнула, схватившись за щеку, Руслан вздрогнул от неожиданности и, впившись глазами в любовников, даже перестал дрочить, но кровь, пульсирующими толчками заполняя пещеристые тела, поднимала член, и Руслан улыбнулся - впервые, за много-много лет, член вставал!
Людмила заплакала, размазывая слёзы по щекам и довела меня до белого каления: я с силой дёрнул её за волосы, и ударил ещё раз, разбив в кровь губы - Вставай! - рявкнул я - и она, подвывая и слизывая кровь, встала раком.
Руслана знобило от возбуждения, член, затвердевший как камень, звенел от напряжения, но, вместо того, чтобы броситься к жене и трахнуть её, он вперился глазами в происходящее перед ним.
- Заткнись, сука! - и я, схватив её за жопу, притянул и насадил на хуй. Она вскрикнула и, дёрнувшись вперёд, опустилась животом на кровать, а я опустился за нею и, оседлав её сзади, ебал и насиловал в каком-то диком исступлении. От боли, она теряла сознание и от боли, приходила в себя, а я всё терзал и терзал её плоть и никак не мог удовлетвориться. И, захлёбываясь похотью и яростью, схватил её волосы и потянул к себе и, когда голова Людмилы оторвалась от подушки, я стиснул её шею и, продолжая засаживать хуй в жопу, душил её и когда она захрипела и стала дёргаться подо мною в конвульсиях, излился спермой и, падая на кровать рядом с нею, услышал мычание Руслана: он тоже кончил, даже не дроча, у него пришла поллюция!
Я лежал рядом с затихшей Людмилой и услышал, что в комнату вошёл ещё кто-то.
- Что Руслан, удовлетворил ли принц твоё желание, смог ли он, натягивая твою жёнушку, возбудить тебя? Бааа! - вошедший увидел лужицу спермы у ног Руслана - да ты, никак, кончил, друг мой!
Руслан что-то возбуждённо зашептал вошедшему, но тот ответил в голос - Что мне за удовольствие смотреть, как ебут чужую жену, вот выебет принц мою Шемаханскую, тогда и мне .. - но окончание фразы я не расслышал, говоривший с Русланом, ушёл.
Руслан, надев портки, тоже направился к дверям - Отдыхай принц, завтра тебе предстоит нелёгкая задача, слышал, что сказал Карла? - и он ушёл.
...
Я проснулся ночью, рядом со мною спала Людмила.
Я толкнул её - Ссать хочу!
Она встала и, пошарив рукой, достала горшок. Я сел и ссал, а она держала горшок.
Закончив, я снова лёг.
Людмила, задвинув горшок под кровать, хотела лечь - Я что, нюхать буду? Вынеси!
Она накинула исподку и вынесла горшок. Вернувшись, легла рядом.
...
- Приинц, приинц - я открыл глаза, Людмила будила меня, трогая за плечо - принц, все уже собрались у Карла Петровича, тебя ждут.
Я сел на кровати, она подставила горшок - ты хочешь ссать? - припухшие губы, разбитые мною, посинели, под глазами чёрные круги, но странно, это придавало ей сексапильности, что ли?
- Пока нет - я встал, потянулся и стал одеваться.
Мы вышли с нею из домика и направились к дворцу.
Солнце уже взошло, петушок дремал на своём посту, небо было безоблачным, а утренний ветерок ласкал прохладой.
У ворот стояла печь и какой-то мужичонка, зажав под мышкой большую щуку, рассказывал о чём то, с очень серьёзным видом, стражникам, а те покатывались со меху, хватаясь за животы и, панибратски хлопая его по плечам, говорили - Мели Емеля, твоя неделя!
Стражи у дворца не было, и мы поднялись на крыльцо. Только ступили на площадку, задрожала земля и я услышал отдалённый топот лошадиных копыт.
- Что это? - я обернулся, но ничего не увидел.
- Это Святогор и Вольга объезжают дозором рубежи - пояснила Людмила.
- Но я не вижу никого?
- Они далеко, не увидишь, принц - она улыбнулась.
- Слышно ведь, значит где-то в пределах видимости
- Это ж Святогор, принц! Его не только в Тридесятом, во всех окрестных царствах и, у ворогов, слышно. Потому и спокойно на наших рубежах: никакой ворог, супротив Святогора, устоять не сможет.
Мы вошли внутрь дворца, а топот богатырских коней, как отдалённого грома раскаты, всё доносился, затихая.
Она провела меня к дверям гостиной комнаты, распахнула их и, поведя рукой, пригласила - Входи, принц.
В гостиной, у накрытого стола, стояли двое мужчин и три женщины.
Забаву я узнал сразу и улыбнулся ей.
Ко мне, протягивая обе руки для приветствия, направился один из мужчин (я был немало удивлён его нарядом, но, об этом, чуть позже) - Здравствуй, здравствуй дорогой принц.
Он тряс мои руки, а я смотрел в немом изумлении: несомненно, передо мною был Карла, но, видимо, за триста лет, отросла не только борода - разделённая пробором, она, по плечам уходила за спину и там была заплетена в толстенную косу, спускавшуюся чуть ли не до пят - но и сам Карла.
Он был почти одного роста со мною, ну, может на пару сантиметров и ниже, но не от горшка два вершка, если только мои глаза не обманывали меня.
От Карлы не ускользнуло моё замешательство - Ээээ, принц, да в сказках то понапишут, только уши развешивай. Как говорят у нас в народе? Сказка - ложь!
- Ну, пойдём, пойдём дорогой принц, я познакомлю тебя с моими домочадцами - и, подхватив меня под руку, подвёл к остальным.
- Подружья моя, девица Шемаханская, наречённая при рождении Зюльфирой
