Но вот что он действительно умел — так это черпать колдовскую силу прямиком из Нави, да вот только не для себя, для других. Если приходила к нему какая женщина, искренне желавшая ведьмой стать, он помогал. Злился, правда, от того что для себя не может немного силы зачерпнуть.
Однажды привёл он в дом жену. Кто такая и откуда взялась — никто не знал, но то, что в ней ключом била та самая сила, о которой мечтал Поликарп, видно было за версту.
Одним шепотком умела та женщина свести человека в могилу. Её боялись, а Поликарп преклонялся перед ней. Звали её Агафья.
Минуло время, поселение потихоньку расширялось, именовали его теперь Кикеевкой — по фамилии основателя. Постепенно приходили новые люди, желавшие уединиться от мира или соприкоснуться с могуществом сильной колдуньи.
У Агафьи и Поликарпа родилась дочь, ничем не приметная девчушка. Когда она из девочки превратилась в девушку, Поликарп пропал — говорили, будто Агафья его свела в могилу. Слухи те были не беспочвенны, потому как кто-то из соседей обнаружил на заднем дворе Агафьи человеческие кости, разложенные на солнце — сушиться, да отбеливаться, и сопоставил эту находку с исчезновением Поликарпа.
Сама она после исчезновения супруга изменилась — всё чаще уходила в лес и подолгу там оставалась. С людьми и вовсе общаться перестала, да они и сами не стремились.
Однажды она не вернулась из леса, а дочь её, Аннушка, постепенно также прослыла колдуньей. Злобной была и нелюдимой, поселилась на краю деревни и гостей принимала только тех, кто за колдовской помощью приходил.
Люди вроде как не хотели, а приходили — куда деваться? Других поселений поблизости в то время не было, и случись захворать — к кому идти, как не к местной знахарке?
И что с того, что у её дома часто поутру обнаруживались следы копыт, будто сам чёрт приходил? Да и то, что, бывает воет она на луну, подобно волчице, тоже не беда, если от этого никто не страдает.
Вот только, получившие помощь, вскоре начинали болеть, чахли на глазах, а то и вовсе помирали. Мужа у Аннушки не было, только полюбовник, Тимофей Куропатов. Каждый в поселении недоумевал как мужик этот связался с ведьмой-то, и были уверены — приворожила. А как родила Аннушка дочку, так Тимофей и пропал, подобно Поликарпу.
Девочку назвали Антониной и была она нравом ещё похуже матери. На людей бросалась, голоса слышала и постоянно разговаривала с ними. От кого у неё ребёночек появился — никто так и не узнал.
