— Чего тебе? — злобно рыкнул он на пацана.
— Добрый день, — не понимая к чему такие нападки, поздоровался парень. — Милы в деревне нет, на телефон не отвечает. Мне подсказали ваш адрес. Что-то случилось?
— Случилось? Ты ещё спрашиваешь, что случилось, я тебе сейчас объясню…
Горе, безысходность, обида на судьбу, всё смешалось в голове Михаила. Добрая доза алкоголя отпустила тормоза, и мужчина с криками обвинений набросился на ничего не понимающего Лёху. На шум из комнаты подоспел Артём и с усилием оттащил вырывающегося Мишу от пацана.
— Успокойся! Да успокойся же ты! — он крепко вдавил друга в кресло, не давая встать. — Свет, брызни на него водой.
Светлана от испуга не нашла ничего лучше, как полить на макушку Мише минералки из бутылки, стоящей на столе. Вода остудила пыл убитого горем папаши, и он в последний раз дёрнулся, освобождаясь от жёсткой хватки Артёма:
— Пусти, всё, спокоен.
На несколько минут в квартире воцарилась тишина, Михаил сходил в ванную за полотенцем и вытер голову. Вернувшись к столу, он молча налил всем присутствующим и Лёхе.
— Иди сюда, или ты так и будешь там в прихожей стоять? Галю помянем, у Милки мама умерла.
Парень молча разулся и прошёл в комнату. Сев рядом с Михаилом, он взял в руки рюмку. Молча выпили.
— Я Артём, это Светлана, — протянул руку для знакомства друг Михаила. — А ты знакомый Милы?
— Да, — коротко ответил тот.
— Мила сейчас в больнице, она в коме, у неё была большая кровопотеря. Сейчас состояние стабильное.
Артём рассказывал, а у Миши щемило сердце, он уперся в стол локтями и обхватил голову. Светлана сидела, грустно потупив взгляд. Интуитивно поняв, что никто не хочет говорить самого главного из-за состояния Михаила, Лёха тоже молчал. Чуть позже Артём позвал его на балкон покурить и там уже рассказал во всех подробностях события последних дней.
— Так что ты на него не обижайся, он сейчас сам не свой. Понимаешь ведь, такие дела… Ты б с ним переночевал, а утром вместе в больницу поехали. Поддержать его надо, поговорить… А нам со Светкой домой пора, а то там наша младшенькая извёлась. Держись парень… — Артём по-дружески похлопал Лёху по плечу. — Светка, собирайся, домой пойдём.
— Тёмыч, как так? Уже домой? Бросаете меня одного? — у Михаила в глазах промелькнула тень страха одиночества.
— Ну почему же одного? Лешка с тобой сегодня останется, ты уж с ним не дерись больше. Хороший же парень.
Михаил бросил взгляд на сидящего неподалёку пацана. Убил бы. За что? Да просто так. За то, что его здесь не было в тот момент. За то, что он не спасал его дочь. За то, что так поздно приехал.
— Дядь Миш, — заговорил с ним Лёха, когда Артём со Светой ушли, — я не понимаю, почему Вы меня во всём обвиняете. Вернее я понимаю, что, скорее всего это из-за того, что Вам тяжело, но я реально ни в чём перед вами не виноват.
Мужчина махнул на парня рукой, понимая свою неправоту.
* * *
Мила ходила по избе, обследуя каждый уголок, каждую полочку, в надежде найти там что-нибудь стоящее внимания. Она здесь уже третий день и совершенно не понимает, что делать. Тело её не зовёт, да и как оно позовёт, непонятно. Полное одиночество сводило её с ума. Она часто смотрела в окно на своё тело. Отец приходил и подолгу сидел рядом с ним, держа его за руку. Он что-то говорил, смахивал украдкой скупые мужские слёзы, потом наклонялся, обнимал и с любовью целовал в лоб. То, что он говорил, не было слышно. Да и вообще здесь ничего не было слышно. Как в космическом вакууме. Мелана как-то со злостью стукнула по столу кулаком, но не почувствовала ни удара, ни звука, ни боли. Много раз она пыталась открыть дверь, чтобы посмотреть, что там снаружи. Но дверь не поддавалась.
Не смотря на то, что здесь она уже не первые сутки, голода не было, вообще. Спать она тоже не ложилась, совершенно не хотелось. То что сменяются дни, она понимала по освещению в палате, где лежало её тело. А освещение в избе всегда было одинаково тусклым. Скучно. Тоскливо. Раздирающе обидно.
Милка постоянно ходила, внутренне она ощущала облегчение от этих шагов. Ей казалось, что раз она передвигается, значит ещё жива.
Заглянув в печь, девушка увидела пузатый чугунный котёл, о котором говорила рыжая. Котёл стоял далеко в глубине, достать его руками было невозможно. Рядом с печью Мила нашла ухват и, приложив немалое усилие, достала чугунок из печи. Внутри была густая зеленоватая жижа, абсолютно без запаха. Теперь нужно найти длинную ложку.
