Ведьмино варево полностью

— Половину товаром, половину работой, — постановила за всех Куница, опередив подругу, опять готовую броситься в бой за ценный металл.

Покинув избу старосты — пришлось пригибаться, чтобы протиснуться через расчетливо-низкую, сдерживающую холод зимой дверь — Степан и девушки многозначительно переглянулись. Неожиданно много оказалось нужно сказать друг другу… только не здесь. Напоследок попаданец окинул взглядом общее подворье: из терема княжеской ведающей доносился стук топора, а перед крыльцом на специально расстеленном куске грубой ткани, вокруг знакомой формы мешка высились обрубки толстенных половых досок. Видать, другого способа, кроме как вывезти да сжечь оскверненные останки и то, что их касалось, ставленница центральной власти не знала.

— Не выйдет у нас в столице то, что задумали, — дождавшись, пока Куница заберет прислоненную снаружи к забору увязанную метлу, негромко сказал остальным Стёпа. Решил высказаться первым, раз уж так совпало. — Мало быть сильным и ловким, в дружину княжескую тебя, Мява, не примут, если никто за тебя не поручится, типа знакомого с князем лично купца. На счет Ницы не знаю, а вот мне библиотеки не видать как своих ушей.

— Мыслю так: попасть в обучение к волхвам, может, я и без проблем попаду, они, вроде, всех мало-мальски способных заговаривать берут. Но становиться такой вот… — молодая лесная колдунья аж запнулась, пытаясь одним словом описать тот ворох эмоций, что вызвала у неё княжеская ставленица — такой клушей — не желаю! Тем более, я от ответсвенности за одну деревню бежать хотела, а тут столько под руку всунут, что по-честному трудясь и головы не поднять. Без Книги и то позора меньше.

— Однако, как мы узнали, сами волхвы княжескую дружину сопровождают в обязательном порядке, — глядя в глаза девушке, медленно проговорил студент. — А это означает, что они как минимум должны походить по знаниям и умениям на лесных колдунов и ведьм, так? Мало ли кому придется противостоять.

— А если в честном поединке кого из волхвов заборешь, так и князь тебе от биб… биби… от хранилища книг не откажет! — обрадовалась за подругу оборотень, до того слушавшая спутников, чуть наморщив лоб.

— Поединок или иначе как, но сначала надо князю понравится, чтобы он Ницу пожелал своим человеком видеть, — вздохнув, пояснил Стёпа кошке, поскольку у самой ведьмочки явно в голове примерно те же мысли крутились. — Тогда он и на волхвов надавит, чтоб те закрома свои открыли. А для этого надо репута… в смысле, славу определенную стяжать.

— А для этого придется заняться, как Степан говорит, «грязной работой». На наше благо, с нежитью да нечистью посильнее тут ни как бы ведающие, ни сами селяне справиться не способны — лишь только дружина, которую поди дождись, — все еще мрачновато заключила лесная колдунья. — Потому-то я и запросила часть награды работой да товаром: нужно подготовиться. Стёпе бронь какую легкую кожаную, шлем да самострел. Мне же трав сушеных да иного надобно. И котел походный, хоть небольшой — без него зелий нужных не приготовить…

— То есть — мы и правда дружина, — удовлетворенно заключила Мява. — Тогда мне отрез ткани беленой крепкой нужен. И краски мне наведи такой, подруга, чтобы дождь не смыл. А то какая же дружина и без знамени?

Мало что может оторвать молодого парня от лицезрения обнаженной девушки рядом — разве что вторая не менее красивая рядом? Но у Мявы получилось. Да и попривык попаданец, что спутницы его, то есть, теперь уже напарницы чуть что скидывают с себя шмотки без всякого смущения. Вот сейчас, например, чтобы не заляпать одежду практически ничем не отмывающейся субстанцией, Куница ответственно подошла к просьбе подруги, намешивая краски. Еще и пошептала над полотном. И не пожалела длинной пряди собственных волос на ворс для кистей.

Сборку кистей из компонентов (волос и подходящих скоблёных палочек) доверили Степану, как единственному, кто с красящими веществами напрямую не возился. Сама же кошкодевушка… эээ… скажем так, отдалась акту творения вся! Глядя на то, что мазок за мазком переходило на полотно будущего флага, попаданец никак не мог справится с собственной бровью. Потому как не ожидал, честно сказать, встретить в этом мире столь лютый авангард! Представьте что-то среднее между геральдическими изображениями и наскальной живописью. Так Мява разойдясь, еще и вокруг рисунка комментарии записывала, безбожно сокращая и коверкая слова. Мало того, она и направление текста путала так, что начало фразы шло слева направо, а конец мог завернуть вверх, вниз, или вообще в обратную сторону. Главное, чтоб влезло!