Она присела рядом с мужем, осторожно коснулась его плеча — Доминик повернул голову и посмотрел на нее.
— Что случилось?
Тот ответил спустя несколько секунд, стиснув ладонь жены.
— Выслушай меня внимательно, Ви. Я должен тебе кое‑что рассказать…
<p>Глава 18. Покидая Августин</p>Месяц Жатвы, Жатвень по Старому Календарю.
Сорок восьмой год эры Нового Бога.
Дане уже нельзя было помочь. Веста это прекрасно понимала. Жар не спадал вот уже третий день подряд. И никакие настойки и заговоры не могли ничего сделать.
После нескольких капель сонной травы Дана наконец смогла уснуть, её внучка же сидела на краешке кровати, не сводя глаз с бледного исхудавшего лица бабушки. Для своих лет Дана выглядела замечательно, молодо, но сейчас лихорадка сожрала всю красоту… Впавшие щеки, покрывшаяся красными пятнами зуда кожа, воспаленные веки — южный пот был беспощаден. Эта болезнь пришла вместе со жрецами Единого, и также, как и новый бог, прочно поселилась на землях Тимара.
Дана подцепила её, когда лечила дочь местного жреца. Ребенок пережил южный пот, а вот травнице вряд ли такое светит.
Веста смочила полотенце в холодной воде и положила его на горячий лоб женщины, прислушиваясь к хриплому дыханию. В последние часы у Даны начался бред, она стала нести какую‑то несуразицу, позабыв, где находится. Она называла Весту то Альмирой, то Юной… А потом в один момент схватила девушку за руку и притянула к себе, заглянула в глаза. Веста невольно испугалась этого полубезумного взгляда, впившегося ей в лицо.
— Вивиан! Как хорошо, что ты вернулась… Он ведь не тронул тебя, да? С девочкой всё хорошо, — сильнее стиснула ладонь Весты, оставляя на ней красные следы — полумесяцы. — Она просто умничка. И так на тебя похожа, ты бы только знала… С ней всё хорошо. Я её надежно спрятала. Он никогда не найдет её, Вивиан. Ты можешь не волноваться.
Веста скривилась от боли и попыталась успокоить Дану.
— Бабушка, это я. Веста. Твоя внучка… Отпусти меня, пожалуйста… Мне больно.
— Веста… — глухо повторила за ней Дана, её взгляд прояснился. Она разжала пальцы и поманила внучку к себе — та опасливо склонилась к ней. — Запомни кое‑что, Веста… — прошептала она. — Не доверяй зеркалам. Они служат своему пленнику. Он опасен. Он хочет освободиться, но ему нужен ключ…
— Я не совсем понимаю, о чем ты говоришь. Давай я дам тебе настойку, и ты немного поспишь, хорошо? Отдохнешь. Тебе станет лучше, и мы потом поговорим.
— Не станет, — она отрицательно мотнула головой. — Зря я тебе всё сразу не рассказала. Думала, так будет лучше. Она просила не говорить тебе, пока ты не вырастешь. А я думала, время еще есть… Прости меня…
