Минуты две я просто сидела, глядя перед собой стеклянным взглядом, а после соскочила с места, собираясь уйти отсюда.
— Владислава, подожди! — он схватил меня за руку, а я шарахнулась от него, упершись спиной в стену.
— Не смей ко мне подходить! Этого не будет! — я совсем позабыла о сумке с вещами, но сейчас меня это не волновало.
Мысли сбивались в кучу, а тело дрожало, словно после холодного душа. Влетев в холл Волшебного Министерства Передвижения, я кинулась к одной из дверей, в которой находился портал. Государственный служащий в форме встретил меня сухим кивком и немым вопросом во взгляде. Я тут же протянула ему допуск к порталу.
— Куда? — холодный менторский тон еще более вводил в состояние полной апатии.
— Хрустальная Академия.
***
Когда я пришла в комнату, там был идеальный порядок. Продрогнув на промозглом ветру, я переоделась и успела сходить в душ. Девочек все также не было. Проходил час, другой, а они так и не появлялись.
Я успокаивалась, превозмогая страх в себе. Откуда такая реакция? Неужели я боюсь будущего и того, что произойдет со мной через несколько лет? Или я боюсь человека, с которым у меня это самое будущее будет? И что за дело, в которое мне не стоит вмешиваться? Неужели это связано с родителями? Дверь открылась, запуская девушек.
— Было видение и… там был Марк. В качестве моего возлюбленного, — я закрыла лицо ладонями.
— Блин, ну я же говорила!
Глава двенадцатая. Маньяк
Русалки — это одни из самых паршивых видов нечисти. Заманивая мужчин в глубины вод, они топят их, сперва изнасиловав. Женщин же они просто оглушают своим криком, а после сжирают, предварительно попытав.
Русалки обитают только в пресных озерах с достаточно глубоким дном.
Отрывок из книги «Каждой твари по паре. Классификация нежити».
***
— В зелье кратковременной памяти нужно добавлять два крыла летучей мыши среднего размера, а не одно большое, Мор, — я закрыла лицо волосами и закатила глаза. Третий час занятий зельеварения выводил из себя. Анастасия уже плевала на свою идеальную укладку и просто закрепила волосы огромной заколкой, забыв про эстетичность и красоту.
Бажена же изучала талмуд с древними зельями и помешивала варево в котле. Лишь ко мне этот черт прицепился.
Индивидуальные занятия с лордом директором — плохая мысль.
— Если не уберете волосы — испортите зелье, — я пропустила через пальцы короткие пряди и недовольно засопела.
— Злость — одна из худших эмоций. Вы знали, адептка Мор? — его ехидный тон выводил из себя, совершенно не помогая варке зелья.
— Знала, лорд директор, — безукоризненная вежливость, которая всегда была со мной.
С тех пор, как я вернулась в Академию, прошла неделя.
Неделя, когда нашу комнату закидывали записками. Пока что записками. А что будет дальше? Страшно предположить. Хоть мы и находились в подземельях, даже тут были окна, которые открывали прекрасный вид на цветущий круглый год сад. Все же волшебство — не такая плохая вещь, как это может показаться поначалу.
Чириканье птиц за окном раздражало. Хотелось забиться в угол теплого, прогретого камином кресла и заснуть.
Но я дозировала слизь русалок и вливала ее в это адское зелье.
— Пять минут на огне, и оно готово, лорд директор, — холодный тон давался с трудом, я еле сдерживалась от того, чтобы не опустить голову с глухим стуком на стол и не заснуть. Анастасия засунула уменьшенную метлу в свои волосы, видимо, чтобы не забыть ее на столе, как это было в прошлый раз.
Хоть на метлах мы и не летали, они всегда обязаны быть при нас. Куда бы ты не шел — метла всегда с тобой. Хоть и в уменьшенном состоянии.
Принюхавшись к зелью, лорд директор махнул нам рукой, видимо, отпуская. Мы тихо собрали свои вещи и вышли из кабинета. Волшебные светлячки кружили над нами, иногда сталкиваясь. Я натянула на окоченевшие пальцы перчатки и повязала на шею шарф. Куртка сейчас беспечно лежала в комнате, забытая вместе с расческой для волос.
— Гребанный лорд директор, — Анастасия также завязала шарф и что-то тихо пробормотала, видимо, для себя.
— В библиотеку? — Бажена прислонилась спиной к стене из грязного необтесанного камня и сложила руки на груди, наблюдая за нашими манипуляциями.
— Должна же я узнать, что за медальон мне пытались впарить? — Анастасия даже не расправила волосы, так и продолжая дефилировать с гнездом на голове. Полное безразличие к прическе — редкость для нее.
Проходя бесконечные галереи с картинами, мы переговаривались и спорили о том, что тот чертов медальон мог значить. Когда мы подошли к библиотеке и намеревались открыть дверь, сзади нас раздался голос, от которого хотелось скрыться.
— Так почему бы не спросить у владельца медальона, что он значит? — Марк выглядел таким сосредоточенным, что становилось страшно.
Словно маска незаинтересованной ленцы слетела с него, явив нам сосредоточенного демона с огромными связями и поистине внушающими намерениями. Руки вспотели, а по спине пробежались мурашки. В горле пересохло.
