— Да нет же! Сама обойду! Встречай меня с той стороны! — Юля чувствовала, что камышовый лесок откроет ей что-то важное.
И вот, кажется, он заканчивался. Она тщательно всматривалась под ноги, ища чужие следы. Вздрогнула и замерла, когда увидела их впереди себя на влажной земле — от босых ног и совсем свежие. Этих следов было много, они путались друг с другом, и все они были разными! Сердце Юли бешено и радостно заколотилось, она уже готова была позвать Георгия. Но не успела. Когда Юля подняла голову, то дыхание у нее перехватило и она непроизвольно сделала несколько шагов назад. Прямо перед ней, в пяти метрах, за редеющими камышами стояла юная женщина в белой одежде и смотрела не нее — гостью острова. Аборигенка отвела рукой крайние камыши и только потом вышла к Юле. Это была та самая девушка, которую она видела с большой земли. Но вот что поразило Юлю — ее волосы. Они были огненно-рыжими, а кожа совсем белой, усыпанной веснушками, и глаза ярко-зелеными. Если бы Юлю попросили написать портрет юной ведьмы, лучшего образа придумать было бы невозможно!
— Кто ты? — спросила Юля.
Это все, что она смогла пролепетать в сложившейся ситуации. Прежде она в такие истории не попадала.
— А сама не знаешь? — ответила рыжая девушка вопросом на вопрос.
— Понятия не имею, — покачала головой Юля.
— Ну да?
— Правда! Я тут случайно проплывала, смотрю, какой остров красивый! Вот, думаю, где жить бы вдали ото всех!
Сочинять она умела и с ходу!
— Ты всё врешь, — сказала девушка. — Ты сюда затем и приплыла, чтобы на меня посмотреть. Как тогда, с берега…
У Юли даже мурашки побежали по спине.
— С к-какого берега?
— Сама знаешь. — Насмешливый взгляд аборигенки так и впился в нее. — Ну, и дальше будешь врать?
— Я не вру…
Рыжая девушка шагнула к ней.
— Ты врешь! Ты — лгунья!
Юля отступила вновь. И вдруг решила сказать правду.
— Как ты могла меня рассмотреть через туман? — спросила она. — Я тебя едва в бинокль видела!
— А вот я так умею, — сказала девушка. — Все видеть. Как тебя зовут?
— Меня зовут Юля, я — студентка. А тебя как зовут?
— Я — Злата, — ответила рыжеволосая девушка. — Я хочу за руку тебя подержать, — сказала она и протянула к Юле белоснежную, выглянувшую из-за длинного рукава, кисть.
И тут что-то вновь зацепило Юлю, чувство опасности сжало ее сердце, морозом прокатилось по всему ее телу, и она опять отступила.
— Боишься меня? — спросила рыжеволосая девушка.
— Боюсь, — на этот раз совершенно честно призналась Юля.
Только тут она поняла, что ее зовут. «Юля! Юля! — кричали от озера. — Ты где?! Не молчи! Юля-яя!» Это за камышовым лесочком надрывался Георгий.
— Кто это? — недобро спросила Злата.
— Мой друг, — ответила гостья острова.
— Вот что, уходи отсюда. Возвращайся к своему другу, садись в лодку и плыви прочь, да поскорее. Если моя мать тебя увидит, плохо будет. Я-то добрая. А бабка увидит — тогда вообще домой можешь и не вернуться… — Она не договорила; рыжеволосая девушка смотрела через плечо Юли, и лицо ее менялось. — Да теперь уже поздно…
Юля стремительно обернулась. За ее спиной шагах в десяти стояла женщина средних лет, зеленоглазая, в такой же полотняной рубахе до пят, в ее огненно-рыжих волосах проглядывали седые нити. У нее была высокая грудь, широкие бедра и узкая талия, все это читалось под рубахой; лицо, как и у дочери, плотно облепили веснушки, сливавшиеся в густые рыжие пятна. Левый глаз был темнее правого и заметно косил.
— Кто ты такая? — мрачно улыбаясь, спросила женщина.
Юля оказалась буквально меж двух огней.
— Я просто заплыла сюда, — вновь попыталась оправдаться Юля. — А что тут собственно такого? Разве нельзя? Я — туристка.
И вдруг ее пальцы точно обожгло — девушка взяла-таки ее за руку. Юля выдернула руку из ее ладони и отскочила. Все, что она успела заметить, это язвительную улыбку на лице Златы. Рука оказалась холодна, как озерная вода, а вот язвительная улыбка обожгла ее.
— Что вам тут нужно? — недобро спросила женщина.
«Юля! Юля!» — уже кричали ближе. Георгий несомненно искал ее.
Гостья пожала плечами:
— Мы просто хотели…
— Что вы хотели? — зло спросила женщина. — Что вам надо от нас?
— Да ничего не надо.
Женщина вдруг стала наступать. Ее пронзительно-зеленые глаза стали злыми, сухие морщинки, тронувшие лицо, проступили четче.
— Убирайтесь, или пожалеете, — процедила она.
И вдруг Юля спиной почувствовала колкий холод.
— Сюда только за погибелью приходят, — сказал дребезжащий голос.
В который раз гостья Холодного острова с замирающим сердцем обернулась. Шагах в десяти от нее, напротив леса, стояла седая старуха с клюкой, в таком же длинном полотняном балахоне. Отдельные рыжие волосы пробивались через ее седину, напоминая о том, что и старуха когда-то в молодости была с огненной копной волос. Откуда она взялась? Как подкралась? А как подкралась средняя? Каждая из них словно чувствовала опасность для другой и тут же появлялась рядом.
Две более молодые ведьмы замолчали. Юля глаз не могла отвести от старшей — сморщенная, она смеялась, глядя в лицо гостье с большой земли.
