— В Семиярск, конечно. Не в Москву же.
— И зачем?
— Мы ведь с вами историки, правда?
— Ну, допустим.
— Это я — допустим, а вы — целый профессор, доктор наук.
— Не темни, Пчелкина, не заговаривай мне зубы, — поморщился Турчанинов.
— Мне сказали, что в тамошнем музее есть один архивариус, он всю жизнь писал книгу… про наших ведьм.
—
Ударение профессора на первом слове было таким красноречивым, что Юля сразу оговорилась:
— О ведьмах Холодного острова. Помните, я вам про охотника рассказывала? Которого мы встретили на озере. Про Следопыта?
— Помню.
— Я тогда не сказала — он же историк по образованию. И, возможно, он читал эту книгу или ее фрагменты. Но самое главное, Венедикт Венедиктович, мне показалось, что жизнь этого Следопыта как-то связана с ведьмами Холодного острова. У меня — праздное любопытство, просто потому, что… — Юля пожала плечами, но не договорила.
— Просто потому, что ты — любопытная Варвара, так? — задал наводящий вопрос Турчанинов.
— Что-то вроде того. А вот для него это, — Юля даже отрицательно покачала головой, — не шутка. Я почувствовала скрытую боль в его сердце, которую он запрятал очень-очень глубоко.
— Тебе бы, Пчелкина, романы писать.
— Я попробую, Венедикт Венедиктович, но попозже. Так отпустите?
— Кстати, а он не опасен, этот Следопыт?
Юля улыбнулась, вспомнив загорелое сухое лицо с ямочкой на подбородке.
— Нет, он на Крокодила Данди похож. Милый дядечка. Типичный положительный персонаж. Я негодяев за версту чую. Ну, может, странный немного, а кто из нас абсолютно нормален?
Профессор поскреб седую аккуратную бородку, которой очень гордился.
— Тоже верно, Пчелкина, тоже верно…
— Так отпустите?
— Я даже не просто вас отпущу. Я вас с Малышевым отправлю в командировку в Семиярск, мне там нужно было заглянуть в один архив, который до сих пор не выложен в Интернете.
— Ой как здорово! — Юля едва не захлопала в ладоши.
— Найдете его и сделаете для меня копии.
— Хорошо, — живо кивнула девушка. — А что за тема?
— Я вам уже говорил в общих словах. В девяностых годах наш могильник был взорван.
— Точно, говорили.
— Акт вандализма или фанатизма, — предположил Турчанинов. — Хотели сровнять с землей, да не удалось. Мне нужны копии этого дела. Понятно, что следственное дело хранится в милиции-полиции, но мне оно и не надобно. В музее, насколько я знаю, есть общее описание этого взрыва. Ведь было разрушение, обвал. Но Громовержец выстоял. Наши туда заходят, изучают рисунки и надписи. Да и просто экскурсии туда привозят по договоренности с краеведческим музеем Семиярска. Я раньше не побеспокоился, но теперь… Хочу знать, в чем тут суть. Ерунда, но так надо.
— Хорошо, мы все сделаем, — пообещала Юля.
— Даже не сомневаюсь, Пчелкина. Напишу письмо директору музея Федору Косогорову и передаем его вам. — Он принялся поглаживать свою аккуратную серебристую бородку. — Выдвинетесь завтра утром. Как вам лучше добраться туда? — вот что я думаю.
— Пешком? Мы можем.
— До Семиярска?
Юля улыбнулась:
— До первого сельского автобуса, Венедикт Венедиктович. Тут ведь где-то ходят автобусы?
— Никуда я вас пешком не пущу. Даже до автобуса. Я попрошу машину у начальника района Тихомирова. Мы с ним знакомы. Он уже раз пять справлялся о нашей Жанне. Прямо сейчас и позвоню в район.
И действительно, профессор Турчанинов достал из кармашка рубашки телефон, нашел в записной книжке номер и нажал на вызов.
— Здравствуйте еще раз, — почти тотчас произнес он. — Турчанинов. Нет-нет, пока ничего. У меня вот какая просьба…
Он говорил минут пять и все больше отвечал на вопросы о пропавшей студентке; можно было понять, как беспокоился районный руководитель; потом попросил машину и тотчас получил ответ: «когда вам будет угодно».
— В восемь утра — не рано? — спросил Турчанинов. — А, ну да, забыл, что сельские жители — народ ранний. Все, жду! Да-да, и буду держать в курсе… Ну вот, — дав отбой, кивнул он Пчелкиной. — Завтра утром отправляетесь с Георгием Малышевым в Семиярск. Чеки из столовой не забудьте оставить. Все ясно?
— Ага, Венедикт Венедиктович, — воодушевленно кивнула Юля.
Она и не рассчитывала на такой удачный поворот дела: им не просто разрешали путешествие, их направляли в областной центр!
— Ага! — устало передразнил ее профессор. — Только не устраивайте романтических обедов в ресторане славного города Семиярска, — скептически заметил он, — наша бухгалтерия будет против. И вообще, Пчелкина, веди себя скромнее. Не лезь на рожон. Будь умницей.
Утром Юля и Георгий вышли на дорогу за Черное городище. Они как раз возвращались по этой дороге после встречи со Следопытом. Ровно в восемь, как и было условлено, подкатила «Газель».
— Вы те самые? — спросил в форточку водитель, крепыш с залысиной.
— Какие те самые? — ответила вопросом на вопрос Юля.
— Кого нужно в Семиярск доставить?
— Мы те самые, — кивнул Георгий.
— Тогда милости просим! — сказал водитель, и дверь автоматически отъехала. — Такси подан! Важные птицы, если за вами глава посылает!
— Это я важная птица, а он мой телохранитель, — пошутила Юля, но очень серьезным тоном.
