— Хорошо, — улыбнулась тетенька. Она подняла трубку и набрала номер. Ждать пришлось долго. — Алло, Феофан Феофанович? Здравствуйте. Да, это Васина. Как вы живы-здоровы? Хорошо? Ну, слава Богу. Феофан Феофанович, к вам просятся двое молодых людей из Москвы, из МГУ, с исторического, они копаются в Черном городище, говорят, без вас работа стоит. Я могу дать им ваш адрес? Хорошо. Когда они могут приехать?
— Мы торопимся, — жалостливо пропела Юля.
— Говорят, что торопятся. На раскопки, думаю. Могут они сейчас к вам подъехать? Хорошо, я им передам. Ну, как у вас дела, как сердце-то? Стучит, ясно. У нас как? Да как всегда. Кто-то самый умный и самый великий. Да, спасибо, спасибо. Здоровья вам. Всего доброго. — Она положила трубку. — Он вас ждет, — и она назвала адрес, который они и так знали. — Купите ему овсяное печенье, он его очень любит.
— Спасибо вам, — любезно улыбнулась Юля. — И до свидания!
Через полчаса «Газель» остановилась у старинного двухэтажного кирпичного домишки по улице Репина. Ветхий особнячок тонул в летней зелени уродливых карагачей. Купеческий, с крохотными балкончиками и декоративными портиками над ними, с подслеповатыми арочными окнами, он давно покосился на левый бок. Если приглядеться, из балконов и портиков потихоньку вываливались кирпичи. Коварный домишко словно говорил: только попадись мне — прибью!
— А дворец еще при царе Горохе построили, — указывая на дом упаковкой овсяного печенья, заметила Юля. — Ладно, идем.
У тротуара стоял мотоцикл «Урал» с коляской.
— Еще один динозавр, — пренебрежительно кивнул на него Георгий.
— Боевая машина, — с укором заметила Юля. — Я тебе не говорила, я ведь еще мотоциклистка?
— Невероятно, — покачал головой ее спутник.
Они обогнули дом и оказались во дворике с зеленым садиком. В домике был всего один подъезд. У подъезда на лавочке сидела старушка и клевала носом. Сонно щебетали птички в низкой дикой вишне, сладко спали два кота — дымчатый и рыжий — за оградой сада, в траве, как уставшие и сытые после охоты львы. А на асфальтовой дорожке, в горячем солнечном пятне почивал дворовый пес. На его лапе дремала огромная изумрудная муха.
— Спящее царство какое-то, — теперь сказал Георгий.
Но так показалось только на первый взгляд. Едва прозвучал его голос, как две птицы выпорхнули из листвы вишни, пес расторопно потянулся и слизнул раззяву-муху с лапы, дымчатый кот открыл правый глаз, а рыжий — левый. Дремлющая старушка, не поднимая головы, пробормотала:
— В какую квартиру-то, милочки?
— В восьмую, — ответила Юля.
— А, к Феофану. К чудаку нашему. Ну-ну. Замок не работает, молодые люди. Жми — не жми. Сломали, паразиты. Так проходите.
— Спасибо, бабушка, — сказала Юля и добавила спутнику: — Очень странные тут обитатели. Они как будто в засаде все.
— На нас, что ли?
У подъезда Юля взяла Георгия за руку:
— Я поняла, где мы.
— И где?
— На пороге двух миров. Переходим из одного царства в другое.
— А-а, — протянул тот.
— Лампочки в подъезде нет, вчера вывернули, — предостерегла гостей дремлющая бабушка, — а порожек у вторых дверей высоковат; носы не разбейте, милочки.
— Все правильно, — сказала Юля. — Из царства живых в царство мертвых.
Кодовый замок на дверях существовал, но действительно не работал. Юля и Георгий смело открыли облупившуюся косую дверь, затем такую же вторую и вошли в сырой, сильно пахнувший плесенью подъезд.
— Да тут как в могиле, — прошептал Георгий.
— Миленько, — заметила девушка. — В таких вот домах и должны жить архивариусы в изгнании.
— Где тут порожек? — спросил Георгий, сделал пару шагов и зацепился за него ногой. — Ай! Засада! — завопил он и едва не рухнул — помогли косяки, за которые он вовремя ухватился. — Вот черт!
— Жив?
— Кажется.
Они поднялись на один пролет лестницы. В длинном коридоре направо, по которому они шли с осторожностью злоумышленников, и оказалась дверь под номером «8».
— Звонок тоже не работает? — спросила Юля.
Но звонок работал — оглушительно-резкий, от которого вздрогнули даже они, посетители за дверью. Что же должно было происходить к квартире? Взрываться стёкла и зеркала?
— Может, его и дома нет?
И тут они услышали за дверью шаркающие шаги.
— Кто? — мрачно спросили из-за двери.
— Мы — студенты-историки, из МГУ, вам только что из библиотеки звонили.
— А-а! — протянули за дверью. — Открываю!
Щелкнул замок, и дверь подалась во мрак квартиры. Маленький упитанный старичок с пышными седыми бачками, с глазами навыкате, подозрительно уставился на гостей.
— Хвоста не привели? — спросил он.
— Мы умеем путать следы, Феофан Феофанович, — смело ответила Юля. — Ушли ото всех.
— Молодцы, — живо кивнул он и сказал: — А пропуск?
Юля смекнула быстро, о чем он.
— Вот! — она протянула бодрому старику пачку с овсяным печеньем.
— Кто через порог передает? — нахмурился пучеглазый старик. — Входите!
