— Именно, — демон поглядел с благодарностью. — У отца тоже отношения с гаремом не складывались. Вы не представляете, как это сложно, такое количество жён! Постоянные интриги. Постоянное выяснение, кто должен быть старше по древности рода, силе или порядку рождения детей. Кто где садится на больших приёмах. Чья очередь сопровождать мужа при выездах. Кому и что можно дарить, а кому — не по чину. Евнухи тоже интригуют. Каждый норовит подсунуть новую наложницу или притравить чужую. И все жалуются, жалуются… вот бунтовщиков хотя бы казнить можно. А тут? Племянница одного Владыки. Дочь другого.
— И твоя мать сбежала, — Антонина Васильевна подошла к окну и открыла его. И кухню заполнили звуки дождя. Шелест и грохот, и шубуршание, и какой-то словно шёпот.
— Там так получилось. Отец объявил её старшей. И возложил на голову корону. Сперва этого хватало, но…
— Ненадолго?
— У мамы не было детей. А отцу требовался наследник. И на свет появились три моих брата. Сёстры тоже, но это не в счёт, — демон махнул рукой. — А потом уже родился и я. Но это подорвало мамино здоровье. Ей стало тяжело находиться в мирах Хаоса. Да и с отцом у них всё разладилось. Тогда она ушла.
— А ты?
— А я остался, — демон пожал плечами.
— То есть, она тебя бросила? — спросила Ульяна.
— В её мире демонов не очень любят. Мне было бы сложно.
Данила стало жаль демона.
Немного.
На него самого, конечно, родители особого внимания не обращали. Но и не отказывались. С мамой они даже время от времени выезжали куда. И раньше, когда Данила был моложе, он эти поездки любил.
И Европу.
И прогулки по старым городам. Замки древние, про которые рассказывали много и красочно, а он представлял себя героем этих вот рассказов. Или море. И пляж. И посиделки. Мороженое, купленное у лавочника. Разговоры какие-то. Он уже и не помнит, какие именно, но ощущение тепла в душе оставалось.
— У неё другая семья. И другие дети, — демон обняла кружку ладонями. — А у меня был свой дворец.
— А у меня — своя квартира.
— Два мажора, — буркнула Тараканова. — Только обняться осталось.
— Не стоит, — демон даже выпрямился, глянув на Данилу едва ли не с ужасом. — Я против несанкционированных прикосновений.
— Я тоже, — поспешил успокоить его Данила. — Так а долг откуда взялся? Супружеский?
— Мне кажется, в фонетическом и смысловом контексте правильнее было бы именовать сложившуюся ситуацию задолженностью, поскольку словосочетание «супружеский долг» подразумевает его регулярное исполнение в текущем времени.
— Тебе не говорили, что ты зануда?
— Но миленький, — вставила Ляля. — А если не с Данькой обняться?
Демон резко поднял портфель.
— От Ляли не поможет. Ты, главное, когда у неё в руках лопата, близко не подпускай, — дядя Женя по стеклу постучал. — И вещай, а то полночь близится, а я ныне притомился чутка.
— Отец не без оснований полагал, что физически я много слабее своих братьев, а потому решил изолировать меня для моей же безопасности. Мне поставили отдельный дворец. Наняли учителей, охрану, прислугу.
— Знакомо…
Нет, определённо, с каждым словом желание дать в морду пропадало.
— Мои пожелания выполнялись. Мне даже было позволено устроить библиотеку.
— С точки зрения демонов книги — это удел слабых и ничтожных, — комментарии Игорька определённо проясняли ситуацию.
— Не всё так буквально. В последние несколько сотен лет в обществе всё же произошли изменения. Поговаривают, что Тёмный Властитель подумывает открыть университет. Но да, по-прежнему многое зависит от личной силы. А её у меня, как видите, нет. Зато у братьев хватало с избытком. И в какой-то момент случился заговор.
— Тоже обычное дело.
— Слушай, — шёпотом же поинтересовалась Ульяна. — А откуда ты о демонах столько знаешь?
— Читал, — Игорька вопрос не смутил. — Я вообще… когда в гробу лежишь, только и остаётся, что читать.
— И где так про демонов пишут? Не помню, чтоб нам в универе что-то подобное преподавали.
— Так это из родовых анналов.
— Старший брат объединился с младшим и подняли восстание, а средний попытался отца предупредить, но был убит. Случилась война. В общем, как всегда, — кажется, ничего особенного в начавшейся войне демон не видел. — Пользуясь случаем, враги обрушили северную границу, да и низшие твари, почуяв нестабильность, покинули разлом. Отец призвал союзников. Провёл мобилизацию и сумел устоять, но когда всё закончилось, владения отца сократились на треть, часть земель стала непригодна для использования, а промышленная разработка разломов тогда вовсе не производилась. Отец тоже пострадал и призвал меня к себе. Он надеялся, что я смогу занять его место. Всё одно больше никто из сыновей не уцелел, потому как в гареме тоже случился мятеж… то есть, всё сложно.
— У демонов просто не бывает, — добавил Игорёк.
Скрипнула дверь, ненадолго отвлекая внимание.
