Голос Берзадилара лишь едва дрогнул на последней фразе, но Диадра тут же внимательно взглянула на него. Вчера они долго говорили о Терлизане, о том, что он делал, о его охоте на Илли, об ошибках, что было уже не исправить, и о том, почему он вернул Берзадилара… Нет, не все еще было потеряно в нем, пусть до недавнего времени Диадра и была единственной, кто в это верил. Сколько дней она провела в раздумьях о том, правильным ли был этот ее выбор? Сколько раз чувствовала себя наивной дурочкой, вставшей не на ту сторону, предававшей ради сомнительной веры самого близкого человека, свою сестру? Но теперь, когда Берзадилар неожиданно вновь был рядом с ней, Диадра не сомневалась больше. Она помнила его напряжение в те минуты, когда она рассказывала ему, кем в самом деле был его брат, она видела невысказанную благодарность в его глазах, когда он понял, что она, вопреки всему, продолжала верить в Терлизана. И теперь она, впервые за много дней, точно знала, на чьей она стороне. Илли, Берзадилара, Терлизана. Всех и каждого, кто был дорог ей. И теперь она снова верила, что сумеет спасти их всех.
— Начнем? — спросил Берзадилар, и Иллиандра неуверенно взглянула на Плоидиса.
— Я могу остаться? — спросил король.
— Да, пока я провожу свою часть ритуала. Когда же Диадра начнет свою, будет лучше, если мы оба покинем эту комнату.
Иллиандра еще несколько мгновений удерживала взгляд Плоидиса, потом обернулась к Берзадилару и глубоко вздохнула.
— Я готова.
— Постарайся не волноваться, Илли, — сказал Берзадилар, поднимая руки. — Это несколько усложнит мне задачу.
Ни Плоидис, ни Иллиандра не заметили, когда он начал свое воздействие. Ничего не менялось ни в его позе, ни в выражении лица. Иллиандра неуверенно смотрела на него какое-то время, потом вопросительно перевела взгляд на подругу. Диадра ободряюще улыбнулась ей.
— Все хорошо. Это ведь не больно, правда?
— Не чувствую ничего, — тихо ответила Иллиандра, немного расслабляясь.
Диадра кивнула, улыбнулась и сфокусировалась на работе Берзадилара, которую она одна могла наблюдать в этой комнате. Чувство гордости и восхищения наполняло ее. Берзадилар обращался с аурой Иллиандры подобно тому, как опытный хирург обращается с человеческим телом. Четкие и уверенные, но при этом осторожные движения. Ровные, идеальные надрезы. Аура Илли почти не реагировала, словно вообще не замечая тонких переливчатых «лезвий», которыми Берзадилар вторгался внутрь.
— Ты превосходен, — шепнула Диадра, неотрывно наблюдая за его действиями, и Берзадилар улыбнулся уголками губ.
— Спасибо. Не отвлекай.
Ни одного лишнего движения. Ни одной неуверенной линии. А между тем крупицы Тени постепенно отделялись от живого, трепещущего Света в ауре Иллиандры, все еще находясь внутри, но уже не принадлежа целому. Еще немного, а потом настанет черед Диадры: бережно извлечь эти крупицы и навеки запечатать их в магический сосуд.
— Все, — сказал Берзадилар спустя несколько минут. Диадра улыбнулась, оценивая его работу.
— Восхитительно, — констатировала она.
Иллиандра нахмурилась.
— Я должна чувствовать что-то? Почему я не ощущаю, будто что-то изменилось?
— Потому что еще ничего не изменилось, — ответил ей Берзадилар. — Я только обозначил границы, а дальше все сделает Диадра. Тебе не будет больно, однако в первые мгновения это опустошит тебя, так, будто ты потеряла что-то очень важное. Часть себя. Впрочем, это пройдет довольно быстро, если ты сумеешь взять себя в руки.
— Плоидис не может остаться со мной?.. — спросила Иллиандра, хотя и так уже знала ответ.
— Боюсь, что нет. Лучше, чтобы рядом не было никого.
— Что ж… Ди? — Иллиандра вопросительно взглянула на подругу, и та кивнула.
— Я готова.
Берзадилар тронул Диадру за плечо и шепнул в ее ухо:
— Не торопись. И не волнуйся. И помни, что я люблю тебя.
Спустя миг он и Плоидис исчезли, оставляя девушек наедине в огромном и пустом королевском кабинете.
Диадра обернулась к Иллиандре.
— Принесешь кинжал?
Принцесса кивнула и ненадолго исчезла в соседней комнате.
— Вот он.
— Хорошо.
Диадра вздохнула, собираясь с мыслями.
— Положи его на ладони.
Иллиандра помедлила. Ее пальцы невольно сильнее сжали ручку. Диадра подняла на нее глаза.
— Не бойся, Илли. Я смогу сделать это, правда.
Иллиандра смотрела на нее еще мгновение, а потом тихо проговорила:
— Это правда, что кинжал способен убить Терлизана?..
Диадра вздрогнула.
— Что?.. Но кто… откуда ты знаешь??..
Иллиандра сощурилась.
— Выходит, это правда.
— Я не знаю. Я не уверена, — ответила Диадра, не отводя от подруги тревожного взора. — Кто сказал тебе?
— Эстер.
— Ох.
Диадра почувствовала, как краска заливает ей щеки.
Эстер.
Вчера вечером Диадра так и не сумела застать чародейку в сознании — лишь в болезненном полузабытьи, сквозь которое в какой-то миг Эстер посмотрела на нее так, что у Диадры внутри все скрутилось в тугой, болезненный узел.
